Творчество Дмитрия Щедровицкого

Книги
 
Переводы на другие языки
Cтихи и поэмы
 
Публикации
Из поэтических тетрадей
Аудио и видео
Поэтические переводы
 
Публикации
Из поэзии
Востока и Запада
 
Библейская поэзия
Древняя
и средневековая иудейская поэзия
Арабская мистическая поэзия
Караимская литургическая поэзия
Английская поэзия
Немецкая поэзия
Литовская поэзия
Аудио и видео
Теология и религиоведение
 
Книги
Статьи, выступления, комментарии
Переводы
Аудио и видео
Культурология и литературоведение
 
Статьи, исследования, комментарии
Звукозаписи
Аудио и видео
 
Теология и религиоведение
Стихи и поэмы
Культурология и литературоведение
Встречи со слушателями
Интервью
Поэтические переводы
Тематический указатель
Вопросы автору
 
Ответы на вопросы,
заданные на сайте
Ответы на вопросы,
заданные на встречах
со слушателями
Стих из недельного
раздела Торы
Об авторе
 
Творческая биография
Статья в энциклопедии «Религия»
Отклики и рецензии
Интервью
с Д. В. Щедровицким
English
 
Яндекс.Метрика
 Теология и религиоведение    Книги
ЛЕКЦИИ ПО КНИГЕ ИОВА:

 

 

Услышав напрямую обращенное к нему слово Господа, Иов
стал духовно видеть и слышать ему открылась истина о том, что
он не впервые живет на земле, и наказание, его постигшее, имеет
глубокую причину. И после того как Иов вспомнил, что «число
дней его очень велико», перед ним вдруг начала разворачиваться
величественная панорама творения: перед его внутренним взором
прошло множество земных и небесных явлений, и в каждом из
них он увидел премудрость Создателя, превосходящую всё, что че-
ловек только может себе представить и помыслить. Бог открыл
ему тайны звездного неба, повадки зверей, силу трав, сущность
человека… Эти захватывающие откровения содержат в себе ве-
ликий призыв к духовному исследованию природы и места чело-
века в ней с точки зрения тех целей и смыслов, которые вложе-
ны в творение его Творцом.

Начнем с вопроса Всевышнего, обращенного к Иову:

Входил ли ты в хранилища снега и видел ли сокровищницы града… ? (Иов. 38, 22)

«Хранилища снега» и «сокровищницы града» это колоссаль-
ный «небесный потенциал» для орошения земли. Снег и град та-
ют, и таким образом получают питание посевы и пастбища, вы-
растают полевые травы. Люди зачастую думают, что урожай и при-
плод скота зависят от их трудов. Но оказывается, что основы для
благоденствия закладываются «на небе» там Господь создает всё
необходимое для пропитания человека. И в наше время, когда че-
ловечество чрезвычайно гордится своими техническими достиже-
ниями, урожай по-прежнему зависит главным образом от погоды.
И когда даже в развитых странах случаются наводнения, когда по
                            

    – 206 –    
                                                                                                               


ним проносятся смерчи и ураганы, то далеко не все люди спаса-
ются, не говоря уже о том, что гибнет урожай. Как во дни Иова,
так и в наше время благополучие и пропитание человека опреде-
ляются Всевышним.

Перейдем к другим стихам той же главы:

Кто проводит протоки для излияния воды и путь для громоносной молнии,
     Чтобы шел дождь на землю безлюдную, на пустыню, где нет человека,
     Чтобы насыщать пустыню и степь и возбуждать травные зародыши к возрастанию? (Иов. 38, 25–27)

Действительно, кто посылает дождь для орошения пустыней
и степей, чтобы там росла трава? Возможно, здесь содержится
также мысль о том, что человек вовсе не единственный объект
заботы Всевышнего: Бог заботится в равной мере и о тех местах,
где человека нет. Ведь трава корм не только для домашнего ско-
та, но и для многих диких животных.

Читаем следующий стих:

Есть ли у дождя отец? или кто рождает капли росы?
     Из чьего чрева выходит лед, и иней небесный кто рождает его? (Иов. 38, 28–29)

Что за странный вопрос: «Есть ли у дождя отец? или кто рож-
дает капли росы?» Дело в том, что в ханаанейской, как и вообще
в ближневосточной языческой мифологии, у дождя есть «отец»
это Ваал, который рождает буквально! капли дождя, и поэто-
му дождь проливается на землю. Так, в угаритском мифе одну из
дочерей Ваала (Балу) зовут Талай («росистая»), она олицетворяет
росу и дожди. Конечно, в Библии Бог не может быть назван в бу-
квальном смысле «отцом дождя». И тем не менее в переносном,
символическом, смысле Он порождает дождь. Как отец и мать про-
изводят на свет детей и заботятся о них, так и Всевышний забо-
тится об орошении зелени. Особенно интересно говорится здесь
о росе: «…кто рождает капли росы?» Кто сделал так, что растения
могут произрастать в сухих, жарких странах? Кто образует ка-
пельки росы на листьях и травинках это ежедневное утреннее
орошение, в сухой сезон заменяющее дождь? Кто так позаботился
о флоре Земли со времени ее создания, когда еще не было челове-
ка? Конечно, Создатель и Творец всего сущего.

                            

    – 207 –    
                                                                                                               


И, наконец,

Кто может расчислить облака своею мудростью и удержать сосуды неба,
     Когда пыль обращается в грязь и глыбы слипаются? (Иов. 38, 37–38)

Важно ли это что пыль обращается в грязь и поэтому глыбы
земли слипаются? Важно, потому что мы едим хлеб, выросший
на земле именно такой слипшейся, образующей чернозем или
иную плодородную почву: соединенные влагой частицы дают воз-
можность выращивать злаки. Ведь если бы почва не слипалась,
она обращалась бы в пыль, и ее развеивал бы ветер. Одно из про-
клятий, упомянутых в Книге Второзакония, состоит в том, что
если народ не будет почитать Господа, то вместо дождя станет па-
дать пыль, т. е. в сухую пыль обратится вся почва (Втор. 28, 24).

Кто же заботится о том, чтобы человечество в целом жило и не
умирало, питалось и не голодало? Такой вопрос задается Иову,
и перед его взором проходят колоссальные эпохи обитания челове-
ка на Земле: все севы и жатвы, все урожаи; и он видит и понима-
ет, что перечисленное вторично и зависит от неких первопри-
чин. Всё, чем живет и занимается человек, имеет источником во-
лю Господню, и вопреки Его воле человек не может ни жить, ни
действовать, ни даже мыслить. Поэтому далее рассматривается
проблема происхождения самого мышления.

Господь вопрошает Иова:

Кто вложил мудрость в сердце, или кто дал смысл разуму? (Иов. 38, 36)

На данный вопрос никто из материалистически мыслящих уче-
ных не может дать ответа до сих пор. Кто вложил в нас мысль,
кто дал разум? Отчего у человека «мудрость в сердце», т. е. воз-
можность интуитивного предвидения, нащупывания грядущих
обстоятельств, и где истоки самосознания? Откуда у нас возмож-
ность логического, рационального постижения? Могла ли нера-
зумная природа создать сложнейший аппарат мозг (на самом
деле, впрочем, являющийся не источником разума, а посредствую-
щим звеном между миром духовным и физическим). Разве дейст-
вуя бессмысленно, хаотично, без Божественного присутствия, мог-
ла бы природа создать мозг величайший шедевр осмысленного
устроения вещества?! «Кто вложил мудрость в сердце, или кто дал
смысл разуму» вот поистине вопрос вопросов! Человек никоим
образом не мог бы мыслить и чувствовать, если бы не был и со-
творен, и постоянно руководим своим Создателем.

                            

    – 208 –    
                                                                                                               


Далее, переходя к описанию законов неба, Господь спрашивает:

Можешь ли ты связать узел Хима и разрешить узы Кесиль?     Можешь ли выводить созвездия в свое время и вести Ас с ее детьми? (Иов. 38, 31–32)

Загадочные слова! В древнееврейском тексте כימה ‹Кима́ это
название Плеяд, звездного скопления в созвездии Тельца. А Ке-
силь это древневосточное название экваториального созвездия
Ориона. Эти два созвездия обладают общим уникальным свойст-
вом: звезды, определяющие их очертания, движутся в одном на-
правлении, благодаря чему вид Плеяд и Ориона в течение веков
не изменяется. Вероятно, поэтому одно из названных созвездий
именуется «связанным в узел», а другое заключенным в «узы».

Упоминание этих звезд и созвездий призвано подчеркнуть все-
могущество Создателя, расположившего звездные миры по Своему
усмотрению, для одному Ему ведомых целей…

Дальше говорится: «Можешь ли выводить созвездия в свое вре-
мя и вести Ас с ее детьми?» (Иов. 38, 32). «Ас с ее детьми» это
עיש ‹А́йиш›, созвездие Большой Медведицы; «детьми» ее являют-
ся три хвостовые звезды, которые находятся в конце ручки ковша
и изображают «медвежат». Приведенные слова указывают на ус-
тановленные Богом закономерности мироздания: все созвездия
появляются на небосводе «в свое время» и «ведутся» Господом
в определенном порядке, само наличие которого указывает на выс-
шее, сокрытое от людей предназначение звездных систем.

В словах «Можешь ли выводить созвездия в свое время… 
есть нечто, ускользающее при чтении в переводе. Словом «созвез-
дия» здесь передано древнееврейское מזרות ‹мазаро́т›. Глагол מזר
‹маза́р› означает «опоясывать»; מזרות ‹мазаро́т› это «небесный
пояс», опоясывающий весь небесный свод и представляющий
собой зодиакальный круг, состоящий из двенадцати созвездий Зо-
диака. Каждое из них появляется («выводится») в свое время су-
ток и, как известно, имеет большое влияние на земные события,
в том числе на свойства людей, рождающихся в это время. Поэто-
му следующий стих гласит:

Знаешь ли ты уставы неба, можешь ли установить господство его на земле? (Иов. 38, 33)

Созвездия Зодиака действительно «господствуют», и хорошо из-
вестно, что человек, рождающийся под таким-то созвездием, обла-
                            

    – 209 –    
                                                                                                               


дает одними чертами характера, а появляющийся на свет под дру-
гим созвездием совсем иными. Это положение астрологии прове-
рено на протяжении тысяч лет. Сколь сложные и мудрые законы
«изданы» Всевышним для нашего мира, и какие чудеса, непости-
жимые для нас до сих пор, скрыты за, казалось бы, однознач-
ными и незыблемыми законами природы! Всё это открывается
теперь Иову.
  

После упоминания о небесных созвездиях Господь снова при-
влекает внимание Иова к Земле, к ее биосфере. В завершающих
главах Книги Иова упоминается 14 названий различных зверей
и птиц. Всех их мы не перечислим, назовем лишь некоторых. На-
пример, говорится о диких козах и ланях:

Знаешь ли ты время, когда рождаются дикие козы на скалах, и замечал ли роды ланей?
     Можешь ли расчислить месяцы беременности их? и знаешь ли время родов их? (Иов. 39, 1–2)

Казалось бы, странный вопрос, предназначенный скорее зооло-
гу, который специально изучает этих животных; зачем обычному
человеку знать подробности жизни диких коз и ланей, какой урок
в подобном знании? Но, оказывается, вопрос задан важный. Ди-
кие козы и лани животные «чистые», их мясо можно есть (Лев.
11, 2–3), но человек не принимает никакого участия в их жизни:
не разводит их, не содержит в таких условиях, чтобы они были
сыты и жили в тепле. Когда же рождают лани и дикие козы?
Весной. И когда наступает теплое время года, детеныши, вскорм-
ленные молоком, могут питаться травой, наиболее насыщенной
солнечной энергией и полезными веществами; таким образом, мо-
лодняк развивается в самых благоприятных условиях, успевая
окрепнуть до осени.

Спрашивается: кто так «рассчитал» месяцы беременности этих
животных, чтобы они рождали потомство в самое подходящее для
его развития время года? Ведь должны были бы пройти бесчислен-
ные эпохи для того, чтобы, положим, все лани, рождающие в хо-
лодное время, лишались потомства и вымирали, а рождающие в теп-
лое выживали, и это закрепилось бы в виде инстинкта. В тече-
ние соответствующих эпох у видов животных, столь плохо при-
способленных к жизни с самого начала, сохранилось бы ничтожно
мало шансов выжить. Однако внутренний закон, вложенный Бо-
гом в упомянутых животных сразу, при их сотворении, устраива-
ет их жизнь так, что они приносят потомство в теплое время года
и поэтому их детеныши выживают!

                            

    – 210 –    
                                                                                                               


И далее Всевышний вопрошает Иова:

Захочет ли единорог служить тебе и переночует ли у яслей твоих?
     Можешь ли веревкою привязать единорога к борозде, и станет ли он боронить за тобою поле? (Иов. 39, 9–10)

Словом «единорог» переведено древнееврейское רים ‹рейм›. По
мнению различных исследователей, это может быть особый вид
антилопы, белая газель, буйвол или даже носорог. Почему же за-
дается такой, казалось бы, странный вопрос: захочет ли подобное
дикое животное служить человеку и переночует ли у его яслей,
т. е. призна́ет ли оно человека своим хозяином? «Можешь ли ве-
ревкою привязать единорога к борозде… ?» Иными словами, смо-
жешь ли, запрягши его, заставить бороздить землю,

…И станет ли он боронить за тобою поле?
     Понадеешься ли на него, потому что у него сила велика, и предоставишь ли ему работу твою? (Иов. 39, 10–11)

Будет ли животное дикое осуществлять работу домашних? Нет,
конечно.
      

Зададим теперь такой вопрос: а есть ли животные, которые,
хотя, может быть, и превосходят животное «рейм» своей силой
или равны ему, тем не менее преданно служат человеку? Да, есть.
Это, например, бык; в Индии на работах используются слоны;
в Тибете и Средней Азии яки. Эти животные очень сильны
они могли бы забодать, растоптать человека, убежать от него,
а они ему служат преданно и верно, выполняя те самые работы,
которыми «рейм», как здесь сказано, ни за что не стал бы зани-
маться: они помогают пахать, собирать урожай, носят тяжести,
впрягаются в плуги и телеги. Кто же помог человеку подчинить
себе столь мощных и опасных, на первый взгляд, животных?

У великого английского поэта XVII века Джона Донна есть со-
нет, специально посвященный этой теме, в котором содержатся
следующие слова:

Зачем у нас все твари в услуженье?
И почему нам служат всякий час
Стихии, хоть они и чище нас,
Просты и неподвластны разложенью?
Зачем, с покорностью в любом движенье,
Вы гибнете, пред мясником склонясь,
Кабан и бык, когда б, остервенясь,     

                            

    – 211 –    
                                                                                                               


Вы б сразу нанесли нам пораженье?
<…>
Да, чудо то, что нам покорны твари…

(Перевод Д. Щедровицкого)

Мы просто привыкли к тому, что нам служат быки и другие
подобные животные. Но в действительности это столь же странно
и чудесно, как если бы нам служил тот же «рейм»… И вот, упомя-
нув о нем, непокорном воле человека, Господь показывает Иову,
что люди перестали осознавать, насколько велики дары, которые
даны им свыше, например, покорность домашних животных.

И еще одно существо, которое удивительно предано человеку
и покорствует каждому его движению, почти никогда не восста-
вая против своего хозяина, это конь. В 39-й главе коню уделено
довольно много места. Там говорится:

Ты ли дал коню силу и облек шею его гривою?
     Можешь ли ты испугать его, как саранчу? Храпение ноздрей его ужас… (Иов. 39, 19–20)

Ведь конь не боится войны бросается в бой и гибнет, идя
смело на врага; и в то же время он кротко, нежно подчиняется
своему хозяину не чудо ли это?

…Роет ногою землю и восхищается силою; идет навстречу оружию;
     Он смеется над опасностью, и не робеет, и не отворачивается от меча;
     Колчан звучит над ним, сверкает копье и дротик;
     В порыве и ярости он глотает землю и не может стоять при звуке трубы;
     При трубном звуке он издает голос: гу! гу! и издалека чует битву, громкие голоса вождей и крик. (Иов. 39, 21–25)

Описание поэтически очень яркое и образное, подобного не
найдешь больше ни в древневосточной, ни даже в древнегречес-
кой литературе. «…Издалека чует битву, громкие голоса вождей
и крик» т. е. именно то, что других животных отпугивает,
коня, наоборот, привлекает: невзирая на грохот битвы, он броса-
ется на неприятеля. Еще раз задумаемся: кто подчинил такое бес-
страшное животное человеку?..

                            

    – 212 –    
                                                                                                               


Ты ли дал красивые крылья павлину и перья и пух страусу?
     Он оставляет яйца свои на земле, и на песке согревает их,
     И забывает, что нога может раздавить их и полевой зверь может растоптать их… (Иов. 39, 13–15)

В наиболее жарких местах (в тропиках) страус не высиживает
птенцов, его самка откладывает яйца в раскаленный песок, и со-
греваемые песком птенцы вылупляются из них сами.

…Он жесток к детям своим, как бы не своим, и не опасается, что труд его будет напрасен… (Иов. 39, 16)

Почему же он не высиживает яиц, бросая их на произвол
судьбы? Может быть, он слишком слаб, чтобы защитить свое по-
томство? Наоборот, ведь далее о нем сказано:

…А когда поднимется на высоту, посмеивается коню и всаднику его. (Иов. 39, 18)

Страус «посмеивается коню и всаднику его», потому что совер-
шенно их не боится, ведь он достигает такого роста (до 2,5 метра),
что возвышается над ними! Так вот, страус бросает, несмотря на
свою силу и мощь, собственных детей, еще не вылупившихся из
яиц, и оставляет их в пустыне; но Провидение защищает этот вид
птиц, и без Его попечения страусы давным-давно погибли бы.

Поэтому о страусе говорится также следующее:

…Потому что Бог не дал ему мудрости и не уделил ему смысла… (Иов. 39, 17)

Значит, те звери, которым уделено Творцом более мудрости
и смысла, заботятся о своем потомстве, не говоря уж о человеке.
А кто же заботится о том, чтобы страусы как вид не исчезли?
Конечно, Сам Всевышний: Он делает, например, так, чтобы страус
откладывал яйца в местах, недоступных для хищников. Таково
Его провидение, удивительное и непостижимое!

Здесь же упоминается и о красоте различных птиц:

Ты ли дал красивые крылья павлину и перья и пух страусу? (Иов. 39, 13)

Для чего же птицам дарован столь прекрасный наряд? Вспом-
ним хотя бы того же павлина, чье оперение включает и хвост, не
имеющий себе равных по красоте во всём животном мире. Ведь
                            

    – 213 –    
                                                                                                               


с точки зрения эволюции павлин не мог бы обладать таким хво-
стом! Он передвигается медленно, не способен ни взлететь, ни убе-
жать. Выходит, любой хищник может догнать его и поймать за
длинный хвост. Этого не происходит но почему? Да потому что
Бог поместил павлина в такую экологическую нишу, где на него
практически не охотятся. Но зачем же павлину вообще столь рос-
кошный хвост? Красуется им самец павлина, ведь в природе
именно самцы «носят украшения». Возможно, хвост нужен для
привлечения самки и произведения потомства? Но другие птицы,
куда более невзрачные, размножаются гораздо быстрее и актив-
нее, притом в разных широтах, а павлин обитает только в некото-
рых местах, при особом климате, да и там является достаточно
редкой птицей. Значит, изумительный хвост не прибавил ему пло-
довитости. Тогда зачем он? Для красоты! Зачем, например, на
земле красивые цветы: чтобы привлекать переносящих пыльцу
пчел? Да ведь пчелы помогают оплодотворяться и невзрачным
цветам, и даже «трава-мурава» и та размножается, не отличаясь
особой красотой.

Значит, существует в природе красота, которая не имеет иной
цели, кроме славы Божьей; Бог всё создал для Своей славы (Ис.
43, 7). И еще: красота природы не только зримо являет человеку
величие Бога и Его заботу о своих «земных детях», но и служит
также напоминанием об утраченном совершенстве рая, где всё бы-
ло «хорошо весьма» (Быт. 1, 31; 2, 8–15).

Итак, красота абсолютно суверенна, она занимает особое место
в общем строе бытия; и для того многие птицы созданы такими
красивыми, чтобы постоянно напоминать нам о могуществе Со-
здателя…
      

…Описывая Иову Свои творения, Всевышний останавливается
и на хищных породах птиц, из которых упомянуты три. Первая из
них ворон:
  

Кто приготовляет ворону корм его, когда птенцы его кричат к Богу, бродя без пищи? (Иов. 38, 41)

Ворон улетает надолго, его птенцы вопиют к Богу, и Он посы-
лает ворону для них корм. Так что же, птицы умеют «молиться»,
взывать к Богу? Умеют: известны очень многие виды птиц и дру-
гих животных, которые «молятся». На утренней заре лес и луг
оглашаются многоголосым птичьим пением. Каково же назначе-
ние таких, подаваемых хором, «сигналов»? Передают ли они ин-
формацию, служат ли связью между птицами? Конечно, нет. Пти-
                            

    – 214 –    
                                                                                                               


цы «молятся», встречая зарю, как только просыпаются. Слоны
встают на колени и трубят; преклоняют колени и «молятся» верб-
люды и многие другие животные. А вот птенцы ворона, оказывает-
ся, не только «молятся», но даже «кричат» к Богу, прося пищи…

В другом месте Бог задает вопрос:

Твоею ли мудростью летает ястреб и направляет крылья свои на полдень? (Иов. 39, 26)

Ястреб хищная птица, которой люди опасаются, пряча от нее
домашнюю птицу, а иногда и приплод мелкого скота. Так вот:
«Твоею ли мудростью летает ястреб… ?» Создал ли человек за ты-
сячелетия, прошедшие со времени Иова, своей мудростью что-
нибудь, «равное» хищной птице? Сравнительно недавно, лишь
в XX веке, человек вообще научился летать но сумел ли он скон-
струировать нечто, подобное птичьему крылу? Кроме того, каж-
дый ястреб себя воспроизводит в потомстве, а каждый самолет
творение рук человеческих создается людьми «с нуля». К тому
же ястреб сам управляет своим полетом, а самолет нужно направ-
лять человеческим умом и усилием… Насколько же мудрее созда-
на птица: «Твоею ли мудростью летает ястреб… 

Мы читаем здесь также, что ястреб направляет полет свой «на
полдень» («полдень» это юг), т. е. он, как и вообще птицы, ори-
ентируется по сторонам света без всякого компаса! А перелетные
птицы, которые путешествуют из северных стран в южные и об-
ратно, прекрасно находят путь через огромные пространства. Кто
же вложил такую мудрость в птицу, чтобы она могла правильно
ориентироваться возможно, по звездам или же улавливая маг-
нитные либо иные излучения, помогающие в полете? Это мог сде-
лать только Тот, Кто создал саму птицу…

По твоему ли слову возносится орел и устрояет на высоте гнездо свое? (Иов. 39, 27)

А по чьему же слову, т. е. повелению, это на самом деле проис-
ходит? Конечно, имеется в виду всемогущее Слово Творца, создав-
шее эту птицу и заложившее в нее особые силы и способности.
Ведь орел, как и некоторые другие скальные птицы, не боится
обрывов и острых утесов, он устраивает свое жилище в самых
опасных, с точки зрения других существ, местах! На высоких ска-
лах, где очень мало приспособленного для обитания места, орел со-
здает гнездо и, не боясь, что птенцы упадут и разобьются, именно
                            

    – 215 –    
                                                                                                               


там их выводит. Как же могло развиться в процессе эволюции по-
добное свойство?

Он живет на скале и ночует на зубце утесов и на местах неприступных;
     Оттуда высматривает себе пищу: глаза его смотрят далеко… (Иов. 39, 28–29)

Действительно, взор орла проникает гораздо дальше, чем у боль-
шинства других животных. Орел наделен способностью не только
издалека высматривать добычу, но и находить путь, пролетая боль-
шие пространства «далеко»…

…Птенцы его пьют кровь, и где труп, там и он. (Иов. 39, 30)

Птенцы орла действительно питаются кровью. Но что же отсю-
да следует? То, что орел был создан одновременно с другими теп-
локровными существами, без них он не может выжить. Здесь под-
черкивается и единство всей биосферы Земли, и взаимная соотне-
сенность всех тварей, что указывает на единство Творца.

И еще одно очень важное положение: «…где труп, там и он».
А для чего, собственно, в орлов, в этих больших хищных птиц,
живущих охотой, вложено еще и желание есть мертвечину?
Какую роль они при этом играют? Конечно же, роль санитаров
природы. Итак, слова, обращенные свыше к Иову, подчеркивают
славу Создателя, постоянно проявляющуюся в целесообразности
всего сотворенного, в той гармонии, которая непостижимо слага-
ется из, казалось бы, взаимно дисгармоничных частей универсума.

А далее речь Всемогущего как вершину всего животного мира
описывает двух трудновообразимых в наше время животных. Одно
из них называется «бегемот» (оно, однако, нисколько не идентич-
но тому бегемоту, которого мы знаем) это какое-то огромное,
живущее на горах животное, наводящее ужас. Второе же, еще бо-
лее страшное, называется «левиафан». Оба они приводят в дрожь
и трепет всякого, кто с ними встречается. Вначале описывается
«бегемот»:
    

Вот бегемот, которого Я создал, как и тебя; он ест траву, как вол… (Иов. 40, 10)

Следовательно, это гигантское травоядное животное, в то время
еще существовавшее (указание «вот» говорит о возможности непо-
средственного наблюдения). Если по-древнееврейски בהמה ‹бэг̃е-
                            

    – 216 –    
                                                                                                               


ма́ просто крупное травоядное, часто крупный рогатый скот, то
בהמות ‹бэг̃емо́т› множественное число от этого слова, что может
использоваться как своего рода «множественное величия» и ука-
зывать на выдающиеся размеры и прочие отличия особей данно-
го вида.
      

…Вот, его сила в чреслах его и крепость его в мускулах чрева его… (Иов. 40, 11)

Казалось бы, такое описание еще можно в какой-то степени от-
нести к известному нам гиппопотаму; но дальше говорится что-то
уже совершенно несообразное нашим представлениям:

…Поворачивает хвостом своим, как кедром; жилы же на бедрах его переплетены… (Иов. 40, 12)

Может ли быть у знакомого нам бегемота хвост такой величи-
ны, как ливанский кедр, т. е. многометровый? «…Поворачивает
хвостом своим, как кедром…» да это же чудовищный ящер! Ви-
димо, отдельные представители рода динозавров еще жили во вре-
мена Иова.
    

…Ноги у него, как медные трубы; кости у него, как железные прутья;
     Это верх путей Божиих; только Сотворивший его может приблизить к нему меч Свой… (Иов. 40, 13–14)

Станет ли Бог буквально сражаться мечом с каким-то зверем?
Что же такое «Божий меч» и как он «приближается»? Бог про-
стирает меч, чтобы покарать, сразить. Но данное существо может
осилить, покарать, убить только один Создатель, никому другому
подобное не под силу… И далее о «бегемоте» говорится:

…Вот, он пьет из реки и не торопится; остается спокоен, хотя бы Иордан устремился ко рту его. (Иов. 40, 18)

можно представить себе, в каких количествах «бегемот» пьет
воду!..
         

Возьмет ли кто его в глазах его и проколет ли ему нос багром? (Иов. 40, 19)

Такое способен сделать только человек, однако в данном случае
человек бессилен перед описанным здесь чудовищем.

                            

    – 217 –    
                                                                                                               


На этом речь о бегемоте заканчивается и переходит к еще бо-
лее ужасному и чудовищному существу под названием «левиа-
фан»: לויתן ‹лив’йата́н› означает «извивающийся» это, видимо,
огромный змееобразный дракон, живущий, в отличие от сухопут-
ного «бегемота», в море:

Можешь ли ты удою вытащить левиафана и веревкою схватить за язык его?.. (Иов. 40, 20)

А дальше о нем говорится:

…Будет ли он много умолять тебя и будет ли говорить с тобою кротко?.. (Иов. 40, 22)

Видимо, левиафан издавал ужасающий рев, который ироничес-
ки сравнивается здесь с «кроткой» речью.

Кто может открыть верх одежды его, кто подойдет к двойным челюстям его? (Иов. 41, 5)

Вот уж поистине дракон-монстр! «Двойные челюсти» указыва-
ют на, по меньшей мере, два ряда зубов:

Кто может отворить двери лица его? Круг зубов его ужас… (Иов. 41, 6)

«Двери лица» указывают на страшилище, у которого пасть по
размеру сравнима со входом в дом.

…Крепкие щиты его великолепие; они скреплены как бы твердою печатью… (Иов. 41, 7)

«Крепкие щиты» это, конечно, чешуйки брони левиафана,
своего рода бронтозавра.

…Один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними;
     Один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются.
     От его чихания показывается свет; глаза у него как ресницы зари… (Иов. 41, 8–10)

Чем подробнее описывается левиафан, тем более явным стано-
вится его сходство с «доисторическими» гигантскими ящерами.

                            

    – 218 –    
                                                                                                               


…Из пасти его выходят пламенники, выскакивают огненные искры… (Иов. 41, 11)

Таким образом, представления разных народов об огнедыша-
щих драконах и змеях могут восходить к воспоминаниям о еди-
ничных особях динозавров, которые уцелели после катастроф и еще
встречались древним людям.

…Из ноздрей его выходит дым, как из кипящего горшка или котла.
     Дыхание его раскаляет угли, и из пасти его выходит пламя.
     На шее его обитает сила, и перед ним бежит ужас.
     Мясистые части тела его сплочены между собою твердо, не дрогнут. (Иов. 41, 12–15)

Интересно: «мясистые» части тела чудища крепко «сплочены»
между собой по-видимому, чешуйчатой броней.

Сердце его твердо, как камень, и жестко, как нижний жернов. (Иов. 41, 16)

т. е. он никого не пощадит и не помилует, он предельно жесток
и страшен.
    

Когда он поднимается, силачи в страхе, совсем теряются от ужаса.
     Меч, коснувшийся его, не устоит, ни копье, ни дротик, ни латы.
     Железо он считает за солому, медь за гнилое дерево. (Иов. 41, 17–19)

У древнего человека просто не было в арсенале никакого ору-
жия против подобных созданий:

Булава считается у него за соломину; свисту дротика он смеется. (Иов. 41, 21)

И затем Иов слышит о месте жизни и способе передвижения
левиафана:
    

Он кипятит пучину, как котел, и море претворяет в кипящую мазь… (Иов. 41, 23)

Значит, это морское животное (или существо, способное жить
и в воде, и на суше); притом передвигается оно по волнам со
страшным шумом: проплывет и море вскипает, как котел.

                            

    – 219 –    
                                                                                                               


…Оставляет за собою светящуюся стезю; бездна кажется сединою. (Иов. 41, 24)

…Подведем итог сказанному. Итак, что же описано в речи Гос-
пода, обращенной к Иову? Описаны различные феномены приро-
ды, проявления тех духовных и физических законов, по которым
существуют звезды, по которым формируются разум человека
и его чувства, по которым живет мир животный и растительный,
чудесные «предписания» бытия, «изданные» для всего творения
Самим Создателем. И вот, Бог как бы говорит Иову: смотри! За
всеми, казалось бы, естественными, вещественными процессами
скрывается чудо; за всем привычным, природным таится прямая
воля Божья. Его непосредственное управление миром. Но ясным
Его замысел становится только для тех, с чьих глаз спала пелена.

И теперь Иову, осознавшему совершенное им некогда зло и рас-
каявшемуся в нем, открываются действование Божье, промысел
Божий, Дух Божий во всём Творении. И великие чудеса становят-
ся видны ему в самых обыденных явлениях, и всё, наполняющее
вселенную, превращается для него в хор свидетелей о Боге. От
песчинки и до звезды всё проповедует славу Творца, всё воздает
Ему хвалу. Как сказано в псалме,

Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь. (Пс. 18, 2)

И теперь повсюду встречает Иов лик своего Создателя. Именно
после явления ему столь многочисленных свидетельств, открове-
ний и вразумлений он говорит:

…Руку мою полагаю на уста мои.
     Однажды я говорил теперь отвечать не буду…
     <…>
     …Я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле. (Иов. 39, 34 42, 6)

Итог увиденного, понятого и осмысленного Иовом можно выра-
зить словами Екклесиаста:

Всё соделал Он прекрасным в свое время, и вложил мир в сердце их, хотя человек не может постигнуть дел, которые Бог делает, от начала до конца. (Еккл. 3, 11)

«От начала до конца» и мы не можем постигнуть смысл Книги
Иова. И в другом месте Екклесиаст говорит:

                            

    – 220 –    
                                                                                                               


…Тогда я увидел все дела Божии и нашел, что человек не может постигнуть дел, которые делаются под солнцем. Сколько бы человек ни трудился в исследовании, он все-таки не постигнет этого; и если бы какой мудрец сказал, что он знает, он не может постигнуть этого. (Еккл. 8, 17)

Не станем и мы отныне верить ни одному философу, который
заявит, что он постиг всё. Не будем внимать и тому, кто скажет,
что он создал непротиворечивую, всеобъясняющую картину жиз-
ни, на что претендовали, например, последователи Аристотеля,
дарвинисты, марксисты…

Мы видели, что Книга Иова, со всеми мировоззренческими тео-
риями, в ней изложенными, послужила основой для дальнейших
исследований человечества в области философии. Но для вразум-
ления всех, стремящихся замкнуть истину в узкие границы собст-
венного понимания, завершается Книга Иова не очередными рас-
суждениями, но множеством вопросов Божьих, представляющих
в совокупности грандиозную картину бытия, в которой столько
тайн, что ни один человек никогда не сможет претендовать на ис-
черпывающее познание хотя бы малой их части.

Книга учит полному доверию воле Божьей, полному смирению
пред Его лицом. И, наконец, книга учит надежде, ведь ее глав-
ный герой, испытанный так сурово, но оставшийся верным Богу,
удостоился личной встречи с Творцом, прозрел духовно и был из-
бавлен от всех страданий.

…В ответе Иова Господу слышится не только полное смирение
и раскаяние, но и новое, просветленное понимание бытия:

Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя;
     Поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле. (Иов. 42, 5–6)

Здесь обращает на себя внимание выражение: «…мои глаза ви-
дят Тебя…» Какой смысл вкладывает в эти слова Иов? Ведь он
только слышит голос свыше, но не созерцает Невидимого:

Господь отвечал Иову из бури и сказал… (Иов. 38, 1)

ср.: Иов. 40, 1. Что же «видит» Иов, утверждая: ועתה עיני ראתך
‹вэ-ата́ эйни́ раатха́ «а ныне глаз мой зрит Тебя»? В Библии
«глаз» в единственном числе (в Синодальном тексте переведено
как «глаза») нередко означает внутреннее созерцание, духовное
                            

    – 221 –    
                                                                                                               


зрение, в отличие от физического восприятия. Сравним: «Око мое
истомилось от горести…» (Пс. 87, 10) о внутренних переживани-
ях; «…око мое смотрит на врагов…» (Пс. 91, 12) в смысле про-
никновения в их замыслы; «…не пожалеет око Мое…» (Иез. 8, 18)
в смысле отсутствия милосердия; «Светильник для тела есть око»
(Матф. 6, 22) о «внутреннем оке постижения».

И действительно, после полученного откровения Иов тем самым
«внутренним оком» видит Всевышнего повсюду, воспринимает Его
присутствие во всём сотворенном мире, который теперь явлен ему
как манифестация славы Божьей (главы 38–41). Это подтвержда-
ется и предыдущими словами Иова: ידעתי כי כל תוכל ‹йада́ти ки-
холь туха́ль› «я познал, что Ты всё можешь» (Иов. 42, 2; в Си-
нодальном переводе «знаю, что Ты всё можешь»). Именно сло-
во «познал» указывает на новое восприятие Иовом всемогущества
Создателя, от Которого «не сокроется [буквально „не отрежет-
ся”] никакое намерение» (в Синодальном переводе выражение
ולא בצר ממך מזמה ‹вэ-ло йибаце́р мимха́ мезима́ передано как
«намерение Твое не может быть остановлено», что придает тексту
совсем иной смысл). Из сказанного следует, что Иов осознал абсо-
лютную справедливость Бога, Который, воздавая человеку по заслу-
гам, учитывает не только дела его, но и намерения! И, наконец,
главное: для Иова восстановилось прямое общение с Богом, непо-
средственный диалог с Ним, который был прерван еще в Едеме
грехопадением Адама (Быт. 3, 23) и возобновляется с тех пор
лишь для отдельных праведников.

Восстановление единения с Творцом Иов описывает так (42, 4):
שמע־נא ואנכי אדבר אשאלך והודיעני ‹шэма́-на вэ-анохи́ адабе́р, эшальха́
вэ-г̃одиэ́ни› «послушай, прошу, и я стану говорить, я буду спра-
шивать Тебя, а Ты будешь возвещать мне». В таком «дерзновен-
но-непосредственном» обращении к Богу как к вышнему Собесед-
нику, в непоколебимой уверенности, что Он откликнется на любое
прошение Иова, ответит на любой вопрос, проявляется совершен-
но новое, просветленное восприятие им Всевышнего. Заметим, что
до описываемого момента Иов постоянно говорил о Боге исклю-
чительно в третьем лице «Он», а теперь «Ты»!

Когда же через страдания и раскаяние прежняя вина правед-
ника изгладилась и у его души возобновилось прямое общение
с Создателем, изменились и внешние условия его жизни: посколь-
ку преподанный «урок» уже усвоен, то и прежние «учебные посо-
бия» страдания и испытания за ненадобностью «убираются».

                            

    – 222 –    
                                                                                                               


И возвратил Господь потерю Иова, когда он помолился за друзей своих; и дал Господь Иову вдвое больше того, что он имел прежде. (Иов. 42, 10)

Прежде чем говорить о значении слов «возвратил… потерю»,
обратим внимание на молитву Иова за друзей. Ей предшествовало
прямое повеление Господа Елифазу, чтобы они вместе с Вилдадом
и Софаром вознесли жертвы и попросили Иова помолиться, дабы
им был отпущен грех. В чем же этот грех состоял?

…Горит гнев Мой на тебя и на двух друзей твоих за то, что вы говорили обо Мне не так верно, как раб Мой Иов. (Иов. 42, 7)

«…Говорили обо Мне не так верно…» гласит Синодальный пе-
ревод.  А  в  оригинале לא דברתם אלי נכונה  ‹ло  дибарте́м  эла́й  нэ-
хона
́: «вы не говорили [ко] Мне истинно». «[Ко] Мне» подразуме-
вает прямое обращение к Богу, а ведь на протяжении всего пове-
ствования мы не слышали никакого обращения ко Всевышнему
из уст друзей Иова! Каждый из них лишь высказывал собствен-
ные взгляды, но никто не стремился получить вразумление свыше
относительно из ряда вон выходящего события невыносимых
страданий невинного праведника… И лишь сам Иов, хотя и он то-
же рассуждал о Боге в третьем лице (т. е. говорил «о Нем», а не
«к Нему»), но всё же жаждал получить подлинный ответ из Его
уст, что и свершилось в конце повествования.

Отметим еще одну важнейшую вещь: никто из друзей Иова,
столь долго и настойчиво его обличавших, ни разу не помолился
за него, чтобы Бог облегчил его страдания! Теперь же, когда ока-
залось, что намерение Иова более угодно Всевышнему, нежели на-
мерения его друзей, именно он и призван молиться за них! Всмот-
римся в эту ситуацию: Иов, всё еще пребывающий в невыносимых
муках (от которых он избавился не до, а после своей молитвы!),
призван просить, чтобы его друзьям отпустился грех. Тяжко стра-
дающий должен пожалеть, смилостивиться над пребывающими
в довольстве! Не странно ли? Но с точки зрения духовных законов
это правильно: только человек, восстановивший прямое общение
с Богом, может по-настоящему молиться, только его молитва име-
ет истинную силу и будет непременно услышана.

И вот, когда страдалец Иов вознес свою молитву за спокойно
живущих друзей, лишь тогда «…возвратил Господь потерю Ио-
ва…» (ст. 10). В оригинале сказано так: שב את־שבות איוב ‹шав эт-
шэву́т Ийо́в› «вернул плен [или: потерю] Иова». Когда возвра-
                            

    – 223 –    
                                                                                                               


щают вещи, их не заменяют другими, «возвратить» можно только
и именно то самое, что было утрачено. Что же было утрачено Ио-
вом? Как мы знаем, здоровье, имущество, честь и достоинство…
Всё это возвратилось к нему вдвойне: «…И дал Господь Иову вдвое
больше того, что он имел прежде» (ст. 10). Но прежде всего
скорбь и страдание Иова проистекали от гибели его детей. Можно
сказать, что дети его были «пленены» смертью, и эти «пленники»
теперь были тоже ему возвращены: у Иова вновь родились «семь
сыновей и три дочери» (ст. 13).

Разве, однако, появление новых детей после гибели прежних
может заставить отца, любившего первых детей всем сердцем
(1, 4–5), окончательно забыть о потере? А ведь сказано, что Иов
более не страдал (42, 17). Из этого с необходимостью следует, что
души погибших детей воплотились снова, и Иов, будучи уже
духовидцем, узнал своих прежних детей в новых и полностью
утешился!
     

И было у него семь сыновей и три дочери.
     И нарек он имя первой Емима, имя второй Кассия, а имя третьей Керенгаппух. (Иов. 42, 13–14)

Удивительно: вопреки всей библейской традиции, согласно ко-
торой сыновья имеют большее значение, чем дочери (поскольку
именно благодаря сыновьям имя отца сохраняется в потомстве),
здесь перечислены исключительно имена дочерей! О чем это долж-
но свидетельствовать? Сыновей и дочерей родилось ровно столько,
сколько погибло (ср.: Иов. 1, 2). И, вероятно, узнав «возвратив-
шихся» сыновей в новых детях, Иов вернул им и прежние имена,
которые не названы. А вот дочерей (через которых имя отца в по-
томстве все равно не сохраняется) можно было назвать заново
в честь свершившихся событий.

Число сыновей Иова обозначено в конце книги словом שבענה
‹шив’а́на› «семь», хотя постоянная форма этого слова שבעה
‹шив’а́. В указанном виде данное слово встречается во всём Пи-
сании только однажды здесь. Прибавление двух букв, נה ‹на›,
служит прикровенным указанием на глагол נהה ‹наг̃а́ «ры-
дать», «оплакивать», «сетовать». Именно семеро сыновей, которых
оплакивал Иов, теперь, по милости Божьей, вернулись к нему…

Рассмотрим теперь имена дочерей. Первую Иов назвал ימימה
‹Йемима́›, что означает «многодневная» или «многолетняя», от
ימים ‹йами́м› «дни» или «годы». Такое имя может указывать на
то, что дочь ранее уже жила на земле и прожила немало лет.

                            

    – 224 –    
                                                                                                               


Имя второй קציעה ‹Кециа́; оно может быть понято как
«срубленная» (от глагола קצה ‹каца́ «срубать») и, вероятно,
свидетельствует о трагической смерти, пережитой девочкой в прош-
лой жизни.
    

Третья дочь была названа קרן הפוך ‹Ке́рен Γ̃апу́х›, что можно
перевести как «рог перевернутый [или: измененный]». Слово קרן
‹ке́рен› означает также «сила», «судьба». Несчастная судьба этой
дочери, также в свое время погибшей, теперь переменилась на свою
противоположность она снова обрела жизнь в семье Иова.

Таким образом, имена дочерей Иова подтверждают, что все де-
сятеро детей «возвратились» к земной жизни…

И благословил Бог последние дни Иова более, нежели прежние: у него было четырнадцать тысяч мелкого скота, шесть тысяч верблюдов, тысяча пар волов и тысяча ослиц. (Иов. 42, 12)

Общее количество скота, которым обладал Иов под старость лет
(а скот, как известно, составлял главное богатство в данном регио-
не) 22 тысячи (пара волов рассматривалась в упряжи как еди-
ница). Число 22 указывает на «полноту жизни», поскольку букв
в библейском алфавите 22. И это соответствует заключительному
стиху книги:
  

…И умер Иов в старости, насыщенный днями. (Иов. 42, 17)

Подобное говорится в Писании лишь о величайших праведни-
ках праотцах Аврааме и Исааке, царе Давиде (Быт. 25, 8; 35, 29;
I Пар. 29, 28).

И еще одна, на первый взгляд небольшая, но существенная де-
таль. Первый вопрос, обращенный Всевышним к Иову.

…Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла? (Иов. 38, 2)

как мы говорили, содержит выражение מחשיך עצה ‹махши́х
эца́, т. е. «затемняющий промысел [Божий]» (в Синодальном пе-
реводе «омрачающий Провидение»). Мы рассуждали о том, что
Иов своим сомнением в правильности Божьих определений «за-
темнял», «помрачал» замысел Божий о спасении Земли.

Однако обратим внимание на то, что, повторяя (в применении
к себе) это обвинение (42, 3), кающийся Иов употребляет несколько
иное выражение: מעלים עצה ‹ма’ли́м эца́ «скрывающие [мно-
жественное число!] промысел» (в Синодальном переводе разница
                            

    – 225 –    
                                                                                                               


не видна). Мы видим, что Иов истолковал «помрачение» Божьего
замысла именно как его «сокрытие». Ведь человек, «скрывающий»
славу Божью, старающийся «заслонить» ее вещественностью мира
сего, «запрятать» за природными законами и «утаить» за ка-
жущейся самодостаточностью материальной вселенной, становится
виновным в «помрачении» Божественного замысла и умножении
зла на Земле. В этом не сразу заметном различии между двумя
стихами заключена, можно сказать, половина всего глубинного
смысла книги. А другая его половина состоит в том, что, пости-
гая благое предназначение собственной жизни и осуществляя
его, человек тем самым воздает высшую славу своему Создателю
способствует утверждению Его присутствия в земном мире. И тог-
да он, освобождаясь от страха смерти и «смертных помышлений»,
уже в этом мире ощущает себя бессмертным духом, осиянным
светом Божьим:

…Он освободил душу мою от могилы, и жизнь моя видит свет. (Иов. 33, 28)

 

 

 
 

Главная страница  |  Новости  |  Гостевая книга  |  Приобретение книг  |  Справочная информация  |