Творчество Дмитрия Щедровицкого

Книги
 
Переводы на другие языки
Cтихи и поэмы
 
Публикации
Из поэтических тетрадей
Аудио и видео
Поэтические переводы
 
Публикации
Из поэзии
Востока и Запада
 
Библейская поэзия
Древняя
и средневековая иудейская поэзия
Арабская мистическая поэзия
Караимская литургическая поэзия
Английская поэзия
Немецкая поэзия
Литовская поэзия
Аудио и видео
Теология и религиоведение
 
Книги
Статьи, выступления, комментарии
Переводы
Аудио и видео
Культурология и литературоведение
 
Статьи, исследования, комментарии
Звукозаписи
Аудио и видео
 
Теология и религиоведение
Стихи и поэмы
Культурология и литературоведение
Встречи со слушателями
Интервью
Поэтические переводы
Тематический указатель
Вопросы автору
 
Ответы на вопросы,
заданные на сайте
Ответы на вопросы,
заданные на встречах
со слушателями
Стих из недельного
раздела Торы
Об авторе
 
Творческая биография
Статья в энциклопедии «Религия»
Отклики и рецензии
Интервью
с Д. В. Щедровицким
English
Карта сайта
 
Яндекс.Метрика
 Поэтические переводы    Из поэзии Востока и Запада    Английская поэзия
2

 

 


О надежде

Диалог между Авраамом Каули

и Ричардом Крэшо

А. К а у л и. Надежда! Ты всегда обречена —

Неважно, ты верна иль не верна:

И благо, как и зло, тебе грозит,

Серп рока с двух сторон тебя пронзит.

     О тень! Ты покидаешь нас

     И в светлый миг, и в черный час.

     Не в силах, хоть пытается, судьба

                    Воспеть тебя.

Лишь по плодам судить о древе можно,

И ты, надежда, вовсе безнадежна!

Р. К р э ш о. Надежда! Неба пред землей обет!

Ты — суть вещей, которых ныне нет,

Ты — и сомненье, ты — и непреложность,

С тобой мы — всё, мы без тебя — ничтожность.

     Ты — огнь и туча, свет и тень,

     Ты — жизнь во смерти, в мраке — день,

     Не может, как ни пробует, судьба

                    Сломить тебя;

Едва сверкнешь — судьбы зловещей серп

Идет, как при рассвете, на ущерб.

А. К а у л и. Надежда, ты усладу пьешь, пока

Нам не оставишь даже ни глотка.

Ты по миру пустить готова нас,

Богатства наши спрятав про запас.

     Взойдем на ложе, а жена

     Давно уж чести лишена.

     Всегда приходится благой судьбе

                    Идти со взяткою к тебе!

Пусть радость, как вино, хранится строго:

Испортишь, коль понюхаешь до срока.

Р. К р э ш о. Казна любви, безмерный твой запас

Затвором веры скрыт от наших глаз.

Ты даришь хлеб небесный — ты в ответе,

Чтоб царские не голодали дети.

     Взойдет, невинна и нежна,

     На ложе брачное жена,

     Одним лишь поцелуем одарив

                    На свадьбе мужа. — Столь стыдлив

Надежды чистый поцелуй, сколь свят

В преддверье ложа свадебный обряд.

     Надежда! Ты — небес предощущенье,

Ты вечности во времени вкушенье!

Так ценность вин при выдержке растет:

Мы чуем запах, предвкушая плод!

     На лоно солнечной любви

     Опустишь ты власы свои

     Златые — в этот миг тебя уж нет:

                    Зарю поглотит полный свет.

Так сущность сахара, растворена,

Свой сладкий вкус отдаст душе вина.

А. К а у л и. Ты — лотерея рока: мы глядим —

На сто билетов — выигрыш один!

Ты ищешь для себя неутомимо

Прицел столь дальний, что стреляешь мимо.

     Ты — нам глаза затмивший дым

     Из образов, что сами мы творим.

     Ты — туча в золотом апофеозе,

                    Но блеск исчезнет — хлынут слезы.

Ты, звезды разума затмив над нами,

Нам кажешь путь болотными огнями.

Р. К р э ш о. Судьба — превыше мира и сильней,

Надежда — звезды вознесла над ней!

И в лотерее рока, средь невзгод

И бурь — одной надежде повезет.

     Она над тучами витает,

     Мир света и любви ее питает.

     Чудесный промах! Ты несешь нам весть

                    О том, что мы не то, что есть,

Но — то, чем можем быть! Чрез твой обман

Нам день грядущий в настоящем дан.

А. К а у л и. Подруга страха! Веселей одет

Безумный шут, несущий всякий бред.

Мать сожаленья и дитя мечтанья!

Алхимика огонь, любви пыланье

     Ты раздуваешь! Ты влечешь

     Волшебным словом: «Невтерпеж».

     Тех — гонишь вслед природе многоликой

                    Сквозь лабиринт ее великий,

А тех — за женщиной толкаешь следом,

Чей и природе хитрый путь неведом!..

Р. К р э ш о. Кормилица мечты! Подруга веры!

Противоядье страху! Мудрость меры:

При вялости — огонь, при буйстве — лед!

Ты — регентша, пока любовь растет.

     Узнать алхимик злато тщится,

     Стихиям вглядываясь в лица,

     Еще сильней — влюбленного палит

                    Единственный нежнейший лик.

Надежду же, как ловчих дерзновенных,

Природы бог стремит в поля блаженных!



Ода уму

О, что есть ум? Поведай нам о нем,

          Средь нас прославленный умом!

Не может хаос так преображаться,

Не могут женщины так наряжаться!

          Он, чуден и тысячелик,

          Меняет образ каждый миг:

То он приобретает ясный вид,

А то незрим и, словно дух, сокрыт.

Гора поддельных лондонских монет

          Не столь обманчива, о нет;

Рисует гроздь Зевкис — в приманку птицам,

И мы прельстились обликом цветистым:

          То вещь, ничтожную на вид,

          Наш взгляд, как лупа, укрупнит,

А то, от вещи удалясь, наш взор

Сочтет звездой летящий метеор.

Ум — славный титул, выше всех наград,

          Его любой присвоить рад,

И в умники у нас производимы

Премногие, как кардиналы в Риме.

          И зря! — Сей титул не дают

          Ни тем, кто тешит праздный люд,

Ни тем, чья речь цветиста, наконец:

Нет, истинный мудрец — всегда мудрец!

Нет, ум — не в том, кто свой бескровный стих

          Вместит в пять стоп хромых;

Пусть всем душа, как нашим телом, правит,

А низшим силам — ум пределы ставит.

          Встарь поэтический порыв

          Сложил из камня стены Фив.

Но ныне нет чудес: ни городов

Стихами уж не сложишь, ни домов.

Нет, ум не сыплет блестки всякий раз:

          Искусство — вне прикрас.

Считай — у тех в носу алмаз горит,

Кто беспрестанно шутит и острит!

          Коль звезды густо и подряд

          Висят, не различит их взгляд.

Так много их, что трудно нам смекнуть,

Что звезды составляют Млечный путь.

Ум — не в пустой игре созвучных слов:

          К тому любой школяр готов.

Кто видит в этом ум — того прельстит

И анаграмма или акростих.

          И пусть в стихах не прозвучит

          То, что девиц ввергает в стыд:

Пусть автор, покраснев, такую грязь

Сожжет, своих читателей стыдясь.

Нет, ум — не в буйной сцене, где грозит

          Сломать подмостки Баязид,

Не в виршах, где метафоры — в излишке,

Не в Сенеки прерывистой одышке,

          Не в том, чтоб снова и опять

          Друг другу все уподоблять…

Так что ж есть ум, коль мы должны его

Чрез «не» определять, как Божество?

Ума творенье все в себе взрастит

          И мирно совместит,

Так со зверьми в своем ковчеге Ной,

Вражды не зная, жизнью жил одной,

          И так прообразы всего

           (У малого — с большим родство)

Несмешанно соседствуют, чтоб в них,

Как в зеркале, был виден Божий лик.

Любовь, что двух сливает в одного, —

          Виновница того,

Что я тебя обидел: за себя

Тебя я принял и учил, любя.

          Исправь пером, не обессудь,

          Мой грех; а спросит кто-нибудь,

Что́ я поставлю в образец уму, —

Твои стихи прочту в ответ ему!



Эпикуреец

Пусть вино краснеет в чашах,

Роз венки — на кудрях наших!

Радуйтесь — веселье зыбко,

Как вина и роз улыбка!

Кто в венке из роз — тот смейся

Над златым венцом Гигеса!

День сей — наш: чего страшиться?

День сей — наш, и он вершится!

Так насладимся же им сами,

Пока побыть он хочет с нами!

Отгоним суету, тревоги:

Днем завтрашним — владеют боги!..

 

 
 

Главная страница  |  Новости  |  Гостевая книга  |  Приобретение книг  |  Справочная информация  |