Творчество Дмитрия Щедровицкого

Книги
 
Переводы на другие языки
Cтихи и поэмы
 
Публикации
Из поэтических тетрадей
Аудио и видео
Поэтические переводы
 
Публикации
Из поэзии
Востока и Запада
 
Библейская поэзия
Древняя
и средневековая иудейская поэзия
Арабская мистическая поэзия
Караимская литургическая поэзия
Английская поэзия
Немецкая поэзия
Литовская поэзия
Аудио и видео
Теология и религиоведение
 
Книги
Статьи, выступления, комментарии
Переводы
Аудио и видео
Культурология и литературоведение
 
Статьи, исследования, комментарии
Звукозаписи
Аудио и видео
 
Теология и религиоведение
Стихи и поэмы
Культурология и литературоведение
Встречи со слушателями
Интервью
Поэтические переводы
Тематический указатель
Вопросы автору
 
Ответы на вопросы,
заданные на сайте
Ответы на вопросы,
заданные на встречах
со слушателями
Стих из недельного
раздела Торы
Об авторе
 
Творческая биография
Статья в энциклопедии «Религия»
Отклики и рецензии
Интервью
с Д. В. Щедровицким
English
Карта сайта
 
 Теология и религиоведение    Книги
Щедровицкий Д. В. Книга Иисуса Навина: возвращение Израиля и спасение Ханаана

Глава 9. Торжество Иисуса Навина. Великое имя в истории народов

Смятение и крах врагов

Весть о переходе Гаваона и других городов на сторону Израиля быстро распространилась по Ханаану и повергла в трепет его царей. Они решили отомстить собратьям, оставившим свою прежнюю языческую религию:

Когда Адониседек, царь Иерусалимский, услышал, что Иисус взял Гай и предал его заклятию, и что так же поступил с Гаем и царем его, как поступил с Иерихоном и царем его… (Иис. Н. 10, 1)

Именно царь Иерусалима объединил властителей Ханаана, что говорит о центральной роли этого города и об авторитете его правителя. Иерусалим упоминается под именем «Рушалимум» на египетских черепках-остраконах, относящихся к XIXXVIII векам до нашей эры и содержащих проклятия враждебным городам. «Урушалемом» он назван в письмах правителей Ханаана из архива Тель-эль-Амарны. Следовательно, уже к началу II тысячелетия до нашей эры город не только существовал, но и был знаменит. Его истинное имя ירושלים ‹Йерушала́йим›, «город мира» или «узрят мир» (יראו ‹йиру́› — «они увидят», שלום ‹шало́м› — «мир»), носит форму двойственного числа (с окончанием «-а́йим»). В этой форме уже древние толкователи видели намек на существование двух городов — небесного Иерусалима, где обитают духи праведных у престола Господня, и земного, являющегося «отражением» небесного (ср. Евр. 8, 1–5).

Именование «Иерусалим» предшествовало названию «Иевус» — так нарекли город поселившиеся в нем иевусеи (см. Пар. 11, 4). Это подтверждает имя «Шалем» (в синодальном переводе — «Салим»), представляющее собой часть названия «Йерушалем»/«Йерушалайим». Так именовался город во времена Авраама (Быт. 14, 18), когда Мелхиседек, «священник Бога Всевышнего», служил в нем единому Богу, Владыке неба и земли (Быт. 14, 19 и 22). В эпоху Иисуса Навина память о Мелхиседеке, по-видимому, сохранялась: царя-жреца города звали похоже — Адониседек (Иис. Н. 10, 1). Мелхиседек — это מלכיצדק ‹Малкице́дек› — «царь праведности» (ср. Евр. 7, 1–3); а אדניצדק ‹Адонице́дек› — «господин праведности». Но, хотя имя было похожим, от праведности, связанной с почитанием Всевышнего, не осталось и следа. «Мера беззаконий» жителей Ханаана переполнилась (Быт. 15, 16), Адониседек являлся жрецом темного языческого культа и, обеспокоенный будущностью всех царей-магов (Иис. Н. 10, 1), он возглавил их военный союз против Израиля.

Четыре города, присоединившиеся к военному походу, — Хеврон, Иармуф, Лахиш и Эглом — находились к югу от Иерусалима, их земли позднее стали частью территории колена Иуды.

Адониседек в первую очередь намеревался наказать Гаваон за его союз с Израилем — так, чтобы другим городам «было неповадно», а уже потом он собирался воевать с Иисусом. К царям-союзникам он воззвал:

Придите ко мне и помогите мне поразить Гаваон за то, что он заключил мир с Иисусом и сынами Израилевыми. (Иис. Н. 10, 4)

Цари названы «аморрейскими» (ст. 5) — в описываемые времена именование «аморреи», как и «ханаанеи», было общим для жителей страны (хотя этно-племенные названия сохранялись еще многие века). В связи с этим новый смысл приобрело обещание Бога отдать землю потомкам Авраама, когда мера беззаконий аморреев «наполнится» (Быт. 15, 16).

Когда война против Гаваона началась, жители города обратились к Иисусу за помощью (по-видимому, прежде они медлили послать к нему вестников, поскольку не ожидали, что прежние союзники решатся на борьбу с ними):

…Не отними руки твоей от рабов твоих; приди к нам скорее, спаси нас и подай нам помощь… (Иис. Н. 10, 6)

В самой интонации этого обращения слышен страх перед коалицией могущественных соседей. Посланные к Иисусу называют их «все цари аморрейские, живущие на горах» (10, 6), точнее — «на горе» (ההרг̃а-г̃ар›), то есть на нагорье. Здесь располагались наиболее сильные царства Ханаана, имевшие военно-стратегические преимущества перед жителями равнин: ведь сойти для битвы на равнину легче, чем подняться на гору. Послы вновь засвидетельствовали Иисусу свою верность, назвав себя «рабами» его.

На пути от Галгала к Гаваону Иисус вопросил Господа и получил ответ:

И сказал Господь Иисусу: не бойся их, ибо Я предал их в руки твои: никто из них не устоит пред лицом твоим. (Иис. Н. 10, 8)

Конечно, сражение с пятью мощными армиями было испытанием более опасным, чем взятие отдельных городов — Иерихона и Гая. Но заметим, что Господь говорит: «Я предал их в руки твои» (в прошедшем времени), а не «Я предам» (в будущем). События, исход которых для сынов человеческих неясен, для Господа завершены. Враги уже преданы в руки Божьего избранника; но лишь пророку, слышащему голос Его, дано это знать доподлинно:

И уши твои будут слышать слово, говорящее позади тебя: «Вот путь, идите по нему», если бы вы уклонились направо и если бы вы уклонились налево. (Ис. 30, 21)

И все же любые ситуации требуют активных действий со стороны самого человека. От нас самих зависит, какой «стороной» обернется грядущее, как именно воплотится…

Иисус Навин, узнав, что исход сражения предопределен в его пользу, делает все, чтобы победить:

И пришел на них Иисус внезапно, потому что всю ночь шел он из Галгала. (Иис. Н. 10, 9)

Здесь отражен и замысел внезапного нападения, и усилия по его достижению: войско по приказу Иисуса провело бессонную ночь перехода.

Итак, мыслью (план нападения), словом (приказ войску) и делом (переход и битва) Иисус способствовал исполнению воли Божьей, хотя будущий результат и был известен ему заранее.

А уж остальное — дело рук Создателя:

Господь привел их в смятение при виде израильтян… (Иис. Н. 10, 10)

Глагол המםг̃ама́м› — «вызывать смущение», «заставлять метаться», «приводить в расстройство» — употребляется при описании Божьего воздействия на врагов (Исх. 14, 24; Втор. 2, 15; Суд. 4, 15; I Цар. 7, 10; II Цар. 22, 15 и др. — в синодальном тексте эти места переводятся по-разному). Воздействие на нечестивых свыше — выражается в «сбивании их внутреннего ритма», нарушении гармонии как в каждом человеке, так и между людьми. Это ведет к ожесточению и взаимному озлоблению, хаотическим метаниям и т. п.

Люди в таком состоянии легко становятся добычей врагов:

…И они [израильтяне] поразили их в Гаваоне сильным поражением… (Иис. Н. 10, 10)

Здесь чудесное вмешательство свыше объединилось с усилиями самих израильтян, действовавших с твердой верой:

Верою пали стены Иерихонские…

‹…›

…Верою побеждали царства…

…Были крепки на войне, прогоняли полки чужих… (Евр. 11, 30–34)

Место, на котором проявилась непоколебимая вера и была оказана помощь Божья, сохраняет духовный след этих событий. Поэтому спустя более тысячи лет на том же самом месте Иуда Маккавей одолел двух нечестивых сирийских полководцев, Сирона и Никанора (I Макк. 3, 13–25 и 7, 39–45). Произошло это как раз возле Вефорона, где одержали победу войска Иисуса:

…И преследовали их по дороге к возвышенности Вефорона… (Иис. Н. 10, 10)

Сам город בית־חורן ‹Бейт-Хоро́н› (в синодальном тексте «Вефорон») находился на горе, в отличие от одноименного «нижнего» города, располагавшегося в долине (Иис. Н. 16, 3). Название его переводится как «дом пещер» и указывает на желание ханаанских царей-жрецов укрыться «в пещерной тьме» от кары Божьей.

После боя пятеро царей бежали от израильтян в те пещеры, от которых, видимо, город и получил свое название (Иис. Н. 10, 16–18, 22–23). Но стремление «укрыться во тьме» от воздаяния свыше — напрасно и неосуществимо:

Ибо очи Его над путями человека, и Он видит все шаги его.

Нет тьмы, ни тени смертной, где могли бы укрыться делающие беззаконие. (Иов. 34, 21–22)

Бегство ханаанеев в долину с горы символизирует их духовное падение и служит прообразом будущего поражения сирийцев под натиском армии Иуды Маккавея.

Разгром войск пятерых царей произошел у Гаваона, где они сошлись, чтобы «поразить Гаваон за то, что он заключил мир с Иисусом и сынами Израилевыми» (ст. 4). Здесь и обратились в бегство те, кто выступил против Господа. А закончилось бегство близ Азека и Македа (ст. 10) весьма трагическим образом:

Когда же они бежали… Господь бросал на них с небес большие камни до самого Азека, и они умирали; больше было тех, которые умерли от камней града, нежели тех, которых умертвили сыны Израилевы мечом. (Иис. Н. 10, 11)

Попасть, убегая от неприятеля, под метеоритный дождь — вот уж, поистине, необычайное воздаяние свыше!

Страшный град Бог обрушивает на головы великих злодеев (Исх. 9, 22–29; Пс. 17, 13–14). Камнепад произойдет и во время апокалиптической битвы Израиля с Гогом и Магогом:

…И пролью на него, и на полки его, и на многие народы, которые с ним, всепотопляющий дождь и каменный град, огонь и серу… (Иез. 38, 22)

Возможно, предрекаемые Откровением Иоанна «великий град» (11, 19) и «град величиной в талант» (16, 21) также являются метеоритными дождями. Ими будут поражены нечестивцы, подобные ханаанским воинам при Иисусе Навине.

«Стой, Солнце!..»

При сражении Израиля с коалицией пяти царей Ханаана произошло одно из известнейших чудес:

Иисус воззвал к Господу в тот день… и сказал пред израильтянами: стой, Солнце, над Гаваоном, и Луна, над долиною Аиалонскою! (Иис. Н. 10, 12)

В течение столетий эти слова порождали разные комментарии — от апологии их буквального понимания до отношения к ним как к мифу. Известный американский исследователь Иммануил Великовский, настаивающий на буквальном смысле библейских повествований, предполагает вторжение нового небесного тела в Солнечную систему, что якобы привело не только к изменению орбиты Земли, но и к… однодневной «остановке» нашей планеты — «незакатному дню» Иисуса Навина…

Попробуем разобраться в ходе событий. Прежде всего зададим вопрос: необходимо ли было для победы израильтян такое «потрясение» физических законов мироздания? Разве не был уже одержан целый ряд побед? И разве сама коалиция пяти царей не была уже разбита и войска их не бежали от израильтян в момент произнесения знаменитых слов о Солнце и Луне?

Воинство пяти царей было на тот момент сильнейшей армией в Ханаане, победа над которой открывала путь к окончательному покорению страны. В случае же отступления цари могли вновь собраться с силами и напасть на Иисуса. Но гораздо важнее духовный смысл чуда, который связан с торжеством единобожия над язычеством. Основными богами язычников являлись Солнце и Луна:

И дабы ты, взглянув на небо и увидев Солнце, Луну, и звезды, и все воинство небесное, не прельстился, и не поклонился им, и не служил им… (Втор. 4, 19)

Стоя на возвышенности (и, возможно, простирая руку с копьем в направлении убегающих ханаанеев — ср. Иис. Н. 8, 18), Иисус обратился к Солнцу и Луне, призывая их «остановиться». Это показывало, что единый Бог наделяет Своего избранника силой, способной «останавливать ход светил», то есть ниспровергать могущество языческих богов. Такое свидетельство было крайне важно и для израильтян, и для ханаанеев. Но обратим внимание на то, что Иисус призывал Солнце и Луну не прекратить свое движение вообще, но встать именно «над Гаваоном» и «над долиною Аиалонскою» (10, 12) — над битвой, которая велась в данной местности! Здесь имеется в виду особый характер восприятия времени участниками битвы. «Остановка» светил была явлением не физического, но психологического характера: время как бы «остановилось», день «продлился» в сознании воинов Израиля и Ханаана, а не в абсолютном смысле.

И остановилось Солнце, и Луна стояла, доколе народ мстил врагам своим… (Иис. Н. 10, 13)

Как видим из этого стиха, «остановка» и «стояние» светил тесно связаны с действиями сражавшихся («стояла, доколе… мстил врагам…»). Такое понимание, подтверждая истинность библейского описания, не входит в противоречие с физическими законами. В то же время оно проясняет смысл слов Иисуса о власти истинного Бога над «богами» языческими — Солнцем и Луной.

Подчеркнем, что Иисус, перед тем как обратиться к Солнцу и Луне, «воззвал к Господу» (10, 12), то есть получил от Него власть, которую затем и проявил. Эта власть могла воздействовать не столько на ход светил, сколько на восприятие времени человеческим сознанием.

Фрагменты утраченной книги

В пользу изложенной интерпретации говорит и глагол דום ‹дом› — «умолкать», «успокаиваться» (в синодальном переводе — «стой»). Солнце именно «успокоилось», движение его стало незаметным для сражавшихся воинов. В отношении же Луны употреблен глагол עמד ‹ама́д› — «стоять»: это указывает на то, что Луна уже виднелась на небосклоне.

…Не это ли написано в книге Праведного: «Стояло солнце среди неба и не спешило к западу почти целый день»? (Иис. Н. 10, 13)

Именно полуденное время («Стояло солнце среди неба…») необычайно «удлинилось» в восприятии участников битвы.

«Книга Праведного», ספר הישר ‹сэ́фер г̃а-йаша́р›, — это название можно понять и как «Книга размеренной [речи]», то есть собрание эпических гимнов. Еще одна ссылка на «Книгу Праведного» есть во II Цар. 1, 17–27, где приводится плач Давида по Саулу и Ионафану — текст гораздо более пространный. Оба текста из «Книги Праведного» объединяет образность, не предполагающая буквального понимания. Например, обращение Давида к «горам Гелвуйским» с просьбой, чтобы на них «не сходили ни роса, ни дождь» (там же, ст. 21), — это образный призыв к горам участвовать в трауре по Саулу и Ионафану. Последние были «быстрее орлов, сильнее львов» (там же, ст. 23) — конечно, в метафорическом смысле. Точно так же описание «стояния солнца» в «Книге Праведного» призвано отразить не природное явление, а ощущения сражавшихся.

Кроме «Книги Праведного» в Писании упоминается и «Книга браней Господних» (Числ. 21, 14) — из нее приводится цитата, содержащая «Песнь о колодце» (там же, ст. 15–20).

Наличие в Писании таких фрагментов из книг, не сохранившихся в составе Библии, наводит на вопрос: как сочетается цитирование эпических произведений с богодухновенным характером Писания?

Для ответа попытаемся всмотреться в саму природу богодухновенности. Дух Святой, воздействуя на автора той или иной библейской книги (или на пророка Божьего в момент его речи), использует сокровища, собранные в интеллектуально-эмоциональном «хранилище» человеческой души. В число подобных сокровищ входят и заученные наизусть тексты поэтического характера. Иисус Христос говорит об этом так:

…Всякий книжник, наученный Царству Небесному, подобен хозяину, который выносит из сокровищницы своей новое и старое. (Матф. 13, 52)

«Новое» — это то, чему Дух Божий учит в данный момент, а «старое» — все, что уже находится в «сокровищнице» души и теперь «к месту» вспоминается. Так музыкант полностью использует свойства и возможности своего инструмента. «Музыкантом» в данном случае является Дух Божий, а «инструментом» — человек.

Подводя итог рассказу об «остановке Солнца и Луны», Писание сообщает:

И не было такого дня ни прежде, ни после того, в который Господь так слушал бы гласа человеческого. Ибо Господь сражался за Израиля. (Иис. Н. 10, 14)

Сказанное относится и к обрушенному на врагов метеоритному дождю (ст. 11), и особенно к «замедленному» восприятию времени — метафорической «остановке светил».

Казнь кровавых тиранов

Победа была полной — пятеро царей, руководивших военными действиями,

…Убежали и скрылись в пещере в Македе. (Иис. Н. 10, 16)

Однако их там заметили, о чем и доложили Иисусу (ст. 17). Тогда он велел завалить вход в пещеру камнями и приставить стражу, а воинам приказал довершить сражение:

«…Преследуйте врагов ваших… и не давайте им уйти в города их, ибо Господь Бог ваш предал их в руки ваши». (Иис. Н. 10, 19)

Эти слова учат нас тому, что благоприятные обстоятельства, созданные Господом, надо использовать до конца, становясь активным «соработником» в деле Божьем (ср. I Кор. 3, 9).

Некоторым ханаанским воинам удалось все же добежать до укрепленных городов и спастись (Иис. Н. 10, 20). Возможно, это были те, кто «на бегу» успел покаяться пред Господом, моля о пощаде и спасении. Недаром же узрели воины Ханаана чудо Иисуса с Солнцем и Луной!

Господь спасает раскаивающихся, взывающих к Нему, даже в самых безнадежных обстоятельствах:

Я взыскал Господа, и Он услышал меня, и от всех опасностей моих избавил меня.

Кто обращал взор к Нему, те просвещались, и лица их не постыдятся. (Пс. 33, 5–6)

Достигнув «укрепленных городов» (Иис. Н. 10, 20), покаявшиеся ханаанеи своим свидетельством обратили к Господу и многих других. В дальнейшем это помогало Иисусу при взятии крепостей Ханаана, ибо внутри их стен находилось уже немало верующих в единого Бога и солидарных с Израилем. Впоследствии такие люди, подобно гаваонитянам, присоединялись к Израилю и тем избегали изгнания, становясь «согражданами святым и своими Богу» (Еф. 2, 19).

Во время битвы не погиб ни один израильский воин — и это было чудом:

Весь народ возвратился в стан к Иисусу в Макед с миром, и никто на сынов Израилевых не пошевелил языком своим. (Иис. Н. 10, 21)

Параллельное место находим в Книге Исход:

…У всех же сынов Израилевых ни на человека, ни на скот не пошевелит пес языком своим… (Исх. 11, 7)

Теперь настал момент возмездия ханаанейским царям-жрецам. Иисус велел вывести их из пещеры:

…Вывели к нему из пещеры пятерых царей…

…Иисус призвал всех израильтян и сказал вождям воинов, ходившим с ним: подойдите, наступите ногами вашими на выи… их. (Иис. Н. 10, 23–24)

Так поступать с поверженным противником было тогда в обычае. На памятниках Древнего Востока, в том числе на ассирийских рельефах, изображены сцены «попрания» царями своих пленников. «Наступали на выи [шеи]» в наказание за то, что поверженные не желали «преклонить выи», то есть поклониться могучим властелинам. Но в рассматриваемом эпизоде «попрание» имело иное значение: ханаанские цари не захотели склониться пред истинным Богом, хотя знали о Нем давно (ср. Исх. 15, 13–16; Иис. Н. 2, 9–11). Они не пожелали отречься от тиранической власти и служения злым началам, от человеческих жертвоприношений и жестокостей по отношению к собственным народам. Отказались принять Закон милосердия — Тору Господню. Вот за это они и были попраны. Князьям Израиля Иисус при этом сказал:

…Не бойтесь и не ужасайтесь, будьте тверды и мужественны; ибо так поступит Господь со всеми врагами вашими, с которыми будете воевать. (Иис. Н. 10, 25)

Царей убили мечом (в синодальном переводе — «поразил их Иисус»), их трупы были повешены на деревьях, а после наступления сумерек похоронены во исполнение заповеди:

Если в ком найдется преступление, достойное смерти, и он будет умерщвлен, и ты повесишь его на дереве,

То тело его не должно ночевать на дереве, но погреби его в тот же день… (Втор. 21, 22–23)

Человек создан по образу Божию, и осквернение тела даже казненного преступника является оскорблением Создателя.

После поражения коалиции пяти царей наступил период блистательных побед армии Иисуса над другими городами. Очень быстро, один за другим, израильтяне захватили Макед, Ливну, Лахиш, Эглон, Хеврон и Давир. Возле Лахиша разгромили войско Горама, царя гезерского, пришедшее на помощь городу (10, 33). Причиной всех этих побед было возобновление завета с Господом у гор Гаризим и Гевал (8, 30–35). Именно всеобщее обращение ко Всевышнему обеспечило израильтянам Его помощь в дальнейших военных действиях.

Описания взятия городов однотипны:

…И поразил его мечом и царя его, и предал заклятию их и все дышащее, что находилось в нем: никого не оставил, кто бы уцелел… (Иис. Н. 10, 28)

— так сказано о городе Македе. Читая эти описания, мы должны постоянно помнить о том значении слова «херем» — «заклятие», которое уже разбиралось нами неоднократно.

«Никого не оставил, кто бы уцелел» — один из возможных переводов слов подлинника לא השאיר שריד ‹ло г̃иш’и́р сари́д› — «не оставил [ни одной боевой] группы», то есть довершил разгром армии. Однако тем жителям города, которые не оказывали военного сопротивления, никакой «разгром» не угрожал. Их, как мы уже говорили, ставили перед выбором: принять Семь Заповедей сынов Ноевых; стать частью Божьего народа, войдя в Синайский завет; или же покинуть Ханаан.

В результате блистательных побед Иисуса была покорена значительная часть Святой земли, а именно — юго-восток и важнейшие территории центрального Ханаана:

И поразил Иисус всю землю нагорную и полуденную, и низменные места, и землю, лежащую у гор, и всех царей их…

Поразил их Иисус от Кадеш-Барнеа до Газы, и всю землю Гошен даже до Гаваона;

И всех царей сих, и земли их Иисус взял одним разом… (Иис. Н. 10, 40–42)

Выражение פעם אחת ‹па́ам эха́т›, «[за] один раз», говорит о внезапности и молниеносности одержанных побед, слившихся в одну грандиозную победу. Описание ее заканчивается стихом, указывающим на духовную причину событий:

…Ибо Господь, Бог Израилев, сражался за Израиля. (Иис. Н. 10, 42)

Однако против Иисуса уже составлялась новая коалиция ханаанских правителей. Инициатором ее создания стал царь Асора Иавин, который

…Послал к Иоваву, царю Мадонскому, и к царю Шимронскому, и к царю Ахсафскому,

И к царям, которые жили к северу на горе и на равнине с южной стороны Киннерота, и на низменных местах, и в Нафоф-Доре к западу,

К ханаанеям, которые жили к востоку и к морю, к аморреям, и хеттеям, к ферезеям, и к иевусеям, жившим на горе, и к хиввеям, жившим подле Хермона в земле Мицпы. (Иис. Н. 11, 1–3)

Здесь перечислены цари и народы тех частей Ханаана, которые еще не были покорены. Задача грандиозной армии, собранной из ополчений этих царств, — нанести сокрушительный удар воинству Израиля. Это была последняя попытка разбить или хотя бы остановить войско евреев:

И выступили они и все ополчение их с ними, многочисленный народ, который множеством равнялся песку на берегу морском; и коней, и колесниц было весьма много.

И собрались все цари сии, и пришли, и расположились станом вместе при водах Меромских, чтобы сразиться с Израилем. (Иис. Н. 11, 4–5)

Название מרום ‹Мэро́м› означает «высота». Подобно водам озера Меромского (современное название — озеро Хула́), из которого река Иордан перетекает в озеро Кинерет, ополчение ханаанеев надеялось «разлиться» по всей стране, вытесняя из нее израильтян. Символический смысл названия «Мером» в том, что оставшиеся цари Ханаана мечтали возвеличиться и возвыситься над Богом Израилевым. Однако вышло наоборот, и события в Мероме послужили прославлению Создателя.

Колесницы в горящем асфальте

Предстоящая битва потребовала особых действий, детали которых были сообщены самим Богом:

…Но Господь сказал Иисусу: не бойся их, ибо завтра, около сего времени, Я предам всех их на избиение сынам Израиля; коням же их перережь жилы и колесницы их сожги огнем. (Иис. Н. 11, 6)

Не бояться, исполняя волю Божью, — это главное. Перед каждым новым подвигом Иисус слышал напоминание:

…Будь тверд и мужествен, не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь, Бог твой, везде, куда ни пойдешь. (Иис. Н. 1, 9)

Всевышний указал точное время предстоящей победы: «завтра, около сего времени». «Предам всех их на избиение» — так переведено выражение אנכי נתן את־כלם חללים ‹Анохи́ нотэ́н эт-кула́м халали́м›, буквально «Я делаю их всех трупами». В видении Бог показал Иисусу поле боя после завтрашней битвы: оно было усеяно мертвыми телами тех, кто величался над народом Господним.

Мало того, Создатель дал Иисусу прямые указания, как вести сражение: «…коням же их перережь жилы и колесницы их сожги огнем». Дело в том, что израильское войско состояло из пехоты, кони же и колесницы были преимуществом армии ханаанеев, как за сорок с лишним лет до этого — египтян (Исх. 14, 6–9). И гораздо позже, в эпоху судей, ханаанеи все еще наводили страх на евреев своими конями и колесницами. А когда народ Израиля грешил пред Богом и лишался Его помощи, то ханаанские правители именно с помощью железных колесниц побеждали его и властвовали над ним. Так, об Иавине, царе Асора (вероятно, это имя было титулом асорских царей: оно означает «разумный» — ср. Иис. Н. 11, 1), сказано:

…У него было девятьсот железных колесниц, и он жестоко угнетал сынов Израилевых… (Суд. 4, 3)

И вот теперь именно против коней и колесниц ханаанских должен был направить свой удар Иисус Навин.

По египетскому образцу ханаанская колесница вмещала трех воинов — колесничего, лучника-копьеносца и щитоносца (ср. со словом שלשם ‹шалиши́м›, «по трое», в Исх. 14, 7; в синодальном переводе — «начальников [над колесницами]»). Понятно, что таким колесницам пешие солдаты могли противостоять с величайшим трудом. Поэтому тактика Иисуса состояла в том, чтобы его воины окружали колесницы и старались перереза́ть жилы коням, а потом уже добивать всадников. Кроме того, они обливали колесницы особой зажигательной смесью (асфальтом) и затем предавали огню — помимо металлических деталей, колесницы имели деревянные и кожаные (сбрую коней и тому подобное). Это и подразумевалось в повелении «колесницы их сожги огнем».

Если бы повеление относилось к тому, как поступать с колесницами после боя (как понимают многие толкователи), — какой смысл оно имело бы? Разве не разумнее было бы использовать захваченные трофеи для вооружения собственной армии?

Помимо указаний о конях и колесницах, Иисус получил еще одно предписание: битву «завтра, около сего времени» следует начинать первыми, неожиданно напав. Поэтому

Иисус и с ним весь народ, способный к войне, внезапно вышли на них к водам Меромским и напали на них. (Иис. Н. 11, 7)

Всем этим Иисус обеспечил себе полную победу над новой коалицией:

И предал их Господь в руки израильтян, и поразили они их, и преследовали их до Сидона великого, и до Мисрефоф-Маима, и до долины Мицфы к востоку, и перебили их, так что никого из них не осталось, кто уцелел бы. (Иис. Н. 11, 8)

Город Сидон (современная Сайда в Ливане) назван «великим» (רבה ‹раба́› — «большой»): он, наряду с Тиром, — крупнейший город Финикии, известный всему древнему миру своей обширнейшей торговлей, искусством, ремеслами.

А вот название משרפות מים ‹Мисрэфо́т Майи́м› буквально переводится как «горение вод», что, на первый взгляд, весьма загадочно. Это наименование пытались объяснить как относящееся к стеклоплавильням (финикийцы считаются изобретателями стекла), или к соляным копям, или, наконец, к месторождению асфальта в источниках горячей подземной воды. Но оно могло появиться и в связи с описанной битвой, в которой тактика обливания колесниц зажигательной смесью была применена впервые в истории. Поскольку свою книгу Иисус написал уже в конце жизни (Иис. Н. 24, 26), когда название «Мисрефоф-Маим» стало общеизвестным, оно упоминается здесь как географическое. Не случайно далее вновь сказано о том, что именно сыграло главную роль в победе:

И поступил Иисус с ними так, как сказал ему Господь: коням их перерезал жилы и колесницы их сожег огнем. (Иис. Н. 11, 9)

Предписания об изгнанниках

Вернувшись из похода, Иисус расправился и с организатором враждебной коалиции — Иавином, царем Асора (ср. 11, 1):

В то же время, возвратившись, Иисус взял Асор и царя его убил мечом (Асор же прежде был главою всех царств сих). (Иис. Н. 11, 10)

По всей видимости, перед этим Иавину удалось убежать с поля боя или же он с самого начала отсиживался в крепости.

Описание того, как поступил Иисус с жителями Асора, в синодальном переводе выглядит так:

И побили все дышащее, что было в нем, мечом, предав заклятию: не осталось ни одной души; а Асор сожег он огнем. (Иис. Н. 11, 11)

Как и на прочие завоеванные города, на Асор был наложен «херем» — «заклятие». Жителей его выселили из Святой земли — за исключением тех, кто отрекся от идолопоклонства и принял веру Израиля. Такие люди, покинув город, поселились рядом с израильским станом, а затем, очистившись, либо вступили в завет Авраамов, либо жили среди израильтян на правах пришельцев (Лев. 19, 34). Остальные же «под угрозой меча» были изгнаны — в этом и состояло их «поражение» (а отнюдь не в тотальном истреблении!). В Асоре перед его сожжением (а не после) «не осталось ни одной души», во исполнение заповеди:

Истребите все места, где народы, которыми вы овладеете, служили богам своим…

И разрушьте жертвенники их, и сокрушите столбы их, и сожгите огнем рощи их, и разбейте истуканы богов их, и истребите имя их от места того. (Втор. 12, 2–3)

В связи с предписанием «истребите имя их [языческих богов] от места того» город с его капищами сжигался, а затем вновь отстраивался. Так поступал Иисус с теми ханаанскими городами, которые особенно «прославились» массовыми человеческими жертвоприношениями (ср. Иис. Н. 6, 23; 8, 28).

Но не все города были в равной степени повинны в подобных жестокостях — и именно потому

…Всех городов, лежавших на возвышенности, не жгли израильтяне, кроме одного Асора, который сжег Иисус. (Иис. Н. 11, 13)

Сказанное надо иметь в виду, чтобы правильно понимать ст. 12–15. Начнем с 15-го стиха:

Как повелел Господь Моисею, рабу Своему, так Моисей заповедал Иисусу, а Иисус так и сделал: не отступил ни от одного слова во всем, что повелел Господь Моисею. (Иис. Н. 11, 15)

Иисус строго исполнял повеление об истреблении мест идолослужения и об изгнании упорных его приверженцев. Но он столь же преданно следовал и заповедям о принятии пришельцев, о любви к ним, о предоставлении им равных прав с израильтянами.

Напомним основные предписания Торы о пришельцах:

Один Закон [Тора] да будет и для природного жителя, и для пришельца, поселившегося между вами. (Исх. 12, 49)

Категорически запрещается ущемлять права пришельца — это рассматривается как «притеснение и угнетение»:

Пришельца не притесняй и не угнетай его, ибо вы сами были пришельцами в земле Египетской. (Исх. 22, 21)

Требуется не только формально соблюдать равенство между израильтянами и пришельцами, но и выказывать последним искреннюю любовь, вводя их тем самым в круг ближних, которых предписано «любить, как самих себя» (Лев. 19, 18):

Пришелец, поселившийся у вас, да будет для вас то же, что туземец ваш; люби его, как себя… (Лев. 19, 34)

Вновь и вновь напоминает Тора о равной оценке поступков пришельца и коренного жителя:

...Судите справедливо как брата с братом, так и пришельца... (Втор. 1, 16)

Нуждающихся из числа пришельцев Тора приравнивает к беднякам, левитам, сиротам и вдовам и повелевает оказывать им всестороннюю помощь и поддержку:

И пусть придет левит, ибо ему нет части и удела с тобою, и пришелец, и сирота, и вдова, которые находятся в жилищах твоих, и пусть едят и насыщаются, дабы благословил тебя Господь, Бог твой… (Втор. 14, 29)

Можно привести немало примеров конкретной помощи пришельцам, которая оказывалась в Древнем Израиле и отдельными семьями, и сельскими общинами, и государством. Так, пришельцы получали свою долю от десятин для бедных (Втор. 26, 12–13); имели право наравне с неимущими израильтянами на недожатый край поля, а также на оставшиеся от жатвы намеренно «забытые» снопы и на умышленно не обобранные до конца виноградные лозы и масличные деревья (Лев. 19, 9–10; Втор. 24, 19–21). Пришельцы получали земельные наделы внутри Израилевых колен, как и коренные жители (Иез. 47, 22–23).

Помня обо всем этом, рассмотрим следующий стих:

И все города царей сих, и всех царей их взял Иисус и побил мечом, предав их заклятию, как повелел Моисей, раб Господень. (Иис. Н. 11, 12)

Здесь подчеркивается, что Иисус поступал с завоеванными городами по Торе Моисеевой. Как это понимать?

Слова «побил мечом» относятся только к царям-жрецам: «…и всех царей их взял Иисус и побил мечом…» Жителям же городов, как всегда, было предложено либо принять веру в единого Бога, либо уйти в изгнание: «И все города… предал [в синодальном тексте — „предав“]… заклятию…»

Теперь перейдем к стиху, который в синодальном переводе выглядит так:

А всю добычу городов сих и скот разграбили сыны Израилевы себе; людей же всех перебили мечом, так что истребили всех их: не оставили ни одной души. (Иис. Н. 11, 14)

Обратим внимание, что здесь говорится о «добыче городов». В оригинале стоит слово שלל ‹шала́ль› — «прибыль», «доход», «добыча». Имеется в виду городская казна — имущество и скот языческих храмов и их царей-жрецов. Но не только эти богатства изымались в качестве контрибуции.

Стих более точно следовало бы перевести так: «И весь доход этих городов вместе со скотом присвоили себе сыны Израиля — [но] только [скот] тех людей, которых поразили острием меча… и от которых не осталось ни души». Из сказанного видно, что, кроме храмово-городского имущества, израильтяне брали в качестве добычи вещи воинов, погибших в битве («тех людей, которых поражали… доколе истребили»). Их и только их (רק ‹рак› — «только», «исключительно») имущество было реквизировано. Вещи же и скот жителей, не участвовавших в военном сопротивлении, оставляли владельцам.

Таким образом те ханаанеи, которые пожелали остаться идолослужителями, уводили с собой скот и уносили вещи, что давало им возможность утвердиться на новых местах.

Любовь к пришельцам-иноземцам

Так завершились войны Иисуса Навина, которые он вел с помощью Всевышнего:

…Иисус взял всю эту нагорную землю, всю землю полуденную, всю землю Гошен, и низменные места, и равнину, и гору Израилеву, и низменные места,

От горы Халак, простирающейся к Сеиру, до Ваал-Гада в долине Ливанской, подле горы Ермона, и всех царей их взял, поразил их и убил. (Иис. Н. 11, 16–17)

Здесь перечислены основные части Святой земли: ההרг̃а-г̃ар› — «гора», то есть гористая часть — Иудейское нагорье, расположенное на юге (в синодальном переводе — «нагорная земля»); כל הנגב ‹коль г̃а-нэ́гев› — «весь юг», то есть прилегающие к Иудейскому нагорью с юга земли, в том числе часть современного Негева (в синодальном переводе — «земля полуденная»); ארץ גשן ‹э́рец Го́шен› — «земля Гошен» (область на юге Иудейского нагорья, соименная земле Гошен, находящейся в дельте Нила, где обитали евреи, живя в Египте; в синодальном переводе — «земля Гесем»: см. Быт. 45, 10; 46, 27–28 и 34; 47, 4); השפלהг̃а-шфела́›, «долина», «низменность», — часть Ханаана, расположенная между Иудейским нагорьем и Средиземным морем; הערבהг̃а-арава́›, «степь», «равнина», — равнинные местности с пустынным климатом; הר ישראלг̃ар Йисраэ́ль›, «гора Израилева», — нагорье центрального Ханаана, центр расселения северных колен — Ефрема и Манассии (Самария); שפלתו ‹шфэлато́›, «долина его», «низменность его», — земли северного Ханаана (Галилеи), прибрежные и находящиеся близко к побережью.

Мы видим, что текст различает две «горы», вернее, нагорья: южное, Иудейское, и северное, Израильское. Различие между южными и северными коленами четко прослеживается, так как Книга Иисуса была завершена уже после раздела Святой земли между коленами (ср. 11, 23; 23, 4 с 24, 26). Перечисление областей Ханаана завершается их «общим обзором»:

От горы Халак, простирающейся к Сеиру, до Ваал-Гада в долине Ливанской, подле горы Ермона… (Иис. Н. 11, 17)

«Гора Халак», ההר החלקг̃а-г̃ар г̃э-хала́к›, «гора гладкая», «гора скользкая», — находится на западе от южной оконечности Мертвого моря и обозначает в приведенной цитате южную границу земель, покоренных Иисусом. В оригинале сказано, что эта гора «поднимается» (עלה ‹олэ́›) по направлению к Сеиру, то есть стране Едома. «Ваал-Гад», בעל גד ‹Баа́ль Гад›, буквально «обладатель удачи», «владелец счастья», — наименование города на самом севере, под горой Ермон (Хермо́н). Возможно, это название было присвоено местности из-за благоприятного климата, связанного с обильным орошением почвы в период таяния горных снегов.

Итак, в «кратком обзоре» Ханаана автор окидывает его беглым взглядом с юга на север.

За «итогом» географическим следует «итог» исторический:

Долгое время вел Иисус войну со всеми сими царями.

Не было города, который заключил бы мир с сынами Израилевыми, кроме евеев, жителей Гаваона: всё взяли они войною. (Иис. Н. 11, 18–19)

«Долгое время», ימים רבים ‹йами́м раби́м›, — «дни многие» или «годы многие». По преданию, войны длились семь лет. Однако Писание не дает точных хронологических рамок, и мы можем предполагать, что период сражений был более длительным (ср. 23, 1). Что же касается евеев, то, хотя здесь и назван только Гаваон как главнейший их город, существует мнение, согласно которому все царства данного народа заключили мир с Израилем и не подверглись завоеванию. Это относится и к такому важнейшему городу, как Сихем (Шхем). Он изначально принадлежал евеям (Быт. 33, 18 и 34, 2), а в списке покоренных Иисусом городов (12, 7–24) при этом отсутствует. Если же все евеи заключили союз с Иисусом и покорились Всевышнему, то Гаваон может рассматриваться как символ всего этого народа.

Подчеркнем, что здесь говорится о переходе целых городов-государств на сторону Израиля, а не о присоединении к нему больших масс ханаанеев из уже покоренных земель.

Слова стиха 19: «Не было города, который заключил бы мир с сынами Израилевыми, кроме евеев…» — свидетельствуют о том, что все жители городов были осведомлены о возможности заключения такого мира и о том, что примирившиеся ханаанеи могут стать частью народа Божия.

За «итогом» историческим следует «итог» духовный — обобщение описанных событий с точки зрения их высшего смысла:

Ибо от Господа было то, что они ожесточили сердце свое и войною встречали Израиля — для того чтобы преданы были заклятию и чтобы не было им помилования, но чтобы истреблены были так, как повелел Господь Моисею. (Иис. Н. 11, 20)

«Ожесточили сердце» — в оригинале видим глагол חזק ‹хаза́к›, «укреплять», «делать сильным»; точнее было бы перевести «укрепили сердце свое навстречу войне с Израилем», то есть решились воевать, а не примиряться.

Почему же Создатель позволил им это? Ответ следует искать в истории дальнейших взаимоотношений израильтян и ханаанеев. По всей видимости, жители перечисленных далее городов (12, 9–24) были настолько вовлечены в темные культы, ожесточены их садизмом и человеческими жертвоприношениями, что массовое их вхождение в состав народа Божия могло иметь негативные последствия для самих израильтян. Поэтому Господь предпочел «укрепить сердца» их царей для войны, чтобы жители этих городов были изгнаны. Евеи в целом, по-видимому, составляли исключение: в их среде идолопоклонство не приобрело столь отталкивающих форм. Это расположило их к союзу с Израилем — и к переходу в монотеизм.

Именно в рамках понятия «херем» следует понимать следующую часть стиха:

…Чтобы не было им помилования, но чтобы истреблены были так, как повелел Господь Моисею. (Иис. Н. 11, 20)

Слово, переведенное как «помилование», תחנה ‹тэхина́›, означает не только «милость», но также «моление», «умилостивительную молитву». Такая молитва возносилась священниками за всех чужеземцев, прибегавших к милосердию Господа, «чтоб успокоиться под Его крылами» (Руф. 2, 12). Этой молитвы «тэхина» не удостаивались те ханаанеи, которые осквернились кровавыми преступлениями и потому не допускались к покаянию.

В отличие от обитателей городов — средоточия идолослужения, жители сельских местностей, вероятно, были менее заражены безумием темных культов. В Книге Иисуса Навина вообще не говорится о завоевании и изгнании крестьян Ханаана, и они-то как раз, в большинстве своем, приобщались к вере Израиля. Мы уже обращали внимание на то, что после разгрома заиорданских царств Сигона и Ога число прозелитов-аморреев стало значительным, отчего в описании возобновления завета на горах Гаризим и Гевал пришельцы упомянуты в первую очередь:

Весь Израиль… как пришельцы, так и природные жители, одна половина их у горы Гаризим, а другая половина у горы Гевал… (Иис. Н. 8, 33)

Поражение великанов

После победы над второй коалицией царей Ханаана пришел черед изгнать и «сынов Енаковых»:

В то же время пришел Иисус и поразил енакимов на горе, в Хевроне, в Давире, в Анаве, на всей горе Иудиной и на всей горе Израилевой; с городами их предал их Иисус заклятию. (Иис. Н. 11, 21)

Название ענקים ‹анаки́м› относится к народу «исполинов», впервые упомянутому в Книге Чисел. Там сказано, что разведчики, посланные Моисеем в Ханаан,

…Пошли в южную страну и дошли до Хеврона, где жили Ахиман, Сесай и Фалмай, дети Енаковы… (Числ. 13, 23)

Об этих великанах разведчики доложили Моисею и израильтянам:

Там видели мы и исполинов, сынов Енаковых, от исполинского рода; и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их. (Числ. 13, 34)

«Исполины», נפילים ‹нэфили́м›, — буквально «падшие». Так названы в Книге Бытия дети «сынов Божьих» и дочерей человеческих. Приводим дословный перевод:

Нэфилимы были на земле во дни те, и также после того, как входили сыны Божьи к дочерям человеческим, и те рожали им, — они герои, которые от века, мужи имени. (Быт. 6, 4)

Согласно одному из толкований, под «сынами Божьими» (בני האלהים ‹бней г̃а-Элог̃и́м›) разумеются ангелы, и словосочетание «мужи имени» относится именно к ним. Подразумеваются «мужи имени [Господня]», Его ангелы-служители, «падшие», то есть по собственной воле воплотившиеся (родившиеся) на земле в человеческом облике и имевшие от обычных женщин детей-«исполинов».

Есть и другое объяснение: «мужи знаменитые» — это сами «исполины». Под «сынами Божьими» в этом случае понимаются потомки Сифа, изменившие своему роду и заключавшие браки с отпавшими от Творца, развращенными дочерьми каинитов.

Но в любом случае, если сыны Енаковы — это потомство нэфилимов, то как же их род сохранился после всемирного потопа? Ведь тогда в живых осталось лишь семейство Ноя!

Вопрос проясняется в свете генетики: наследственные признаки не «размываются» в потомстве, но проявляются раздельно. В течение определенного времени в разных ветвях потомства Ноева могли обнаруживаться черты «исполинов». Носители подобных черт, резко выделяясь из среды остальных ноахидов, объединялись, заключали браки только между собой и тем самым восстанавливали в поколениях свой первоначальный генотип. Так воссоздавались целые народы «исполинов».

По преданию, к таким народам, помимо сынов Енака, относились рефаимы, зузимы, эмимы (Быт. 14, 5), а также хорреи и аввеи (Втор. 2, 22–23). Замзумимы (там же, ст. 20) — это, скорее всего, другое наименование зузимов (Быт. 14, 5). Хорреи и аввеи упомянуты в одном контексте с «исполинами», что дает основание причислить их к последним:

Прежде жили там эмимы, народ великий, многочисленный и высокий, как сыны Енаковы,

И они считались между рефаимами, как сыны Енаковы; моавитяне же называют их эмимами;

А на Сеире жили прежде хорреи; но сыны Исавовы прогнали их…

‹…›

…Я не дам тебе ничего от земли сынов Аммоновых…

И она считалась землею рефаимов; прежде жили на ней рефаимы; аммонитяне же называют их замзумимами;

Народ великий, многочисленный и высокий, как сыны Енаковы, и истребил их Господь пред лицом их, и изгнали они их, и поселились на месте их,

Как Он сделал для сынов Исавовых, живущих на Сеире, истребив пред лицом их хорреев, и они изгнали их…

И аввеев, живших в селениях до самой Газы, кафторимы… истребили и поселились на месте их. (Втор. 2, 10 –23)

Итак, об «исполинах», к которым принадлежали и «сыны Енаковы», Писание сообщает, что область расселения их в Ханаане была весьма широка; их племена представляли собой «народы великие, многочисленные и высокие». Многие народы, от жителей Месопотамии (Быт. 14, 5–6) и до моавитян, аммонитян и идумеев, пытались изгнать и истребить «исполинов». Причина ясна: «исполины» слишком отличались от прочего населения, наводя страх своим гигантским ростом. Но, кроме борьбы за земли и ужасающего внешнего вида нэфилимов, существовала и духовная причина ненависти к ним. Ведь подчеркнуто, что Сам Господь отдал их земли сынам Лотовым (Втор. 2, 9 и 19), что Он Сам «истребил их [исполинов]» (там же, ст. 21–22).

По преданию, главным грехом нэфилимов был каннибализм. Подчеркнем, что даже ханаанеев, приносивших человеческие жертвы, Писание не обвиняет в людоедстве (ср. Втор. 12, 31). Именно каннибализм являлся причиной всеобщей ненависти народов к «исполинам». Заметим, однако, что и во дни Иисуса Навина сынов Енака было еще немало в Ханаане:

…На горе, в Хевроне, в Давире, в Анаве, на всей горе Иудиной и на всей горе Израилевой… (Иис. Н. 11, 21)

— и они даже имели собственные города. Нэфилимы населяли целые области как на юге, так и на севере Ханаана, обитая буквально повсюду.

Людоедский характер цивилизации «исполинов» оставил след в названиях их различных племен: אמים ‹эми́м› — «страшные», רפאים ‹рэфаи́м› — «призраки», זמזמים ‹замзуми́м› — «злоумышленники», חרים ‹хори́м› — «пещерники» («троглодиты», «дикари»), עוים ‹ави́м› — «грешники», «извращенные».

Действия израильтян против «исполинов» были быстры и решительны:

…Пришел Иисус и поразил енакимов… с городами их предал их Иисус заклятию. (Иис. Н. 11, 21)

В отличие от месопотамских царей и других правителей, истреблявших «исполинов» физически, Иисус наложил на них «херем», то есть изгнал их, как и тех ханаанеев, которые упорствовали в идолослужении: по-видимому, далеко не все жители городов «исполинов» относились к нэфилимам и, соответственно, были каннибалами. А, как мы знаем, людей, не причастных непосредственно к подобным преступлениям, израильтяне не казнили.

Народы Ханаана: названия и свойства

Что же означает этноним «Енак» (в оригинале ענק ‹Ана́к›)? Он происходит от глагола ענק ‹ана́к› — «обхватывать шею» (отсюда существительное ענק ‹ана́к› — «бусы», «ожерелье»), родственного глаголу חנק ‹хана́к› — «душить», «удавливать». Возможно, название בני ענק ‹бнэй Ана́к›, «сыны Енаковы», говорит о том, что «исполины»-каннибалы удушали своих жертв или охотились на них с помощью капканов-удавок.

В духовном смысле «Енак» означает такое состояние души, когда она «удавлена», «задушена» грехом, лишена способности «вдыхать» энергию жизни с более высокого уровня — от духа (см. Фес. 5, 23). С этим злом надо вести внутреннюю борьбу, пока не будут «поражены анакимы и преданы заклятию» — Иис. Н. 11, 21 (ср. «свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех» — Евр. 12, 1).

Рассмотрим теперь символику названий других «исполинов», а также вообще народов Ханаана, против которых воевал Иисус.

Общеродовое имя «нэфилим», «падшие», указывает в целом на грехи, приводящие к духовному падению. Нэфилимы, как мы помним, произошли от соединения «сынов Божиих», падших ангелов, с дочерьми человеческими. Символически «дочери» — это души людей, добровольно покоряющиеся воздействию темных сил и «рождающие от них» (то есть производящие под их воздействием) греховные деяния, ведущие к окончательному падению и гибели.

Одно из родовых названий нэфилимов — «рефаим». Глагол רפא ‹рафа́›, «покоить», указывает на призраки, души умерших. Близкий по звучанию и смыслу глагол רפה ‹рафа́› — «ослабевать». Контаминация значений этих двух глаголов — «терять силы» и «умирать». Именно такое состояние внутренней слабости и духовной смерти характеризует рефаимов. Изгнали рефаимов четверо «царей Месопотамских» — Амрафел, Ариох, Кедорлаомер и Фидал (Быт. 14, 1 и 5–6). Амрафел, отождествляемый обычно с царем Хаммурапи, именем которого назван знаменитый свод законов, правил Вавилоном, а Кедорлаомер был царем Элама, государства к востоку от Месопотамии. Все четыре царства были расположены в области рек Тигр и Евфрат или поблизости от них. Имена этих царей обозначают душевные свойства человека и символически связаны с «садом Едемским», из которого вытекали вышеназванные реки (Быт. 2, 10 и 14).

Имя אמרפל ‹Амрафе́л› состоит из двух корней: אמר ‹о́мер›, «слово», и פלה ‹пала́›, «различать», и означает «различающий слова», то есть «рассудительный». Рассудительность, здравый ум помогают победить «рефаимов» — силы, вызывающие помрачение души, лишающее ее творческих способностей.

Второй царь — אריוך ‹Арио́х›, от ארי ‹ари›, «лев», и יך ‹ох›, «[он] победит», то есть «победитель львов». Это символ преодоления себя, сильной воли. Для одоления «рефаимов» нужны постоянные волевые усилия.

Третий царь — כדרלעמר ‹Кэдарлао́мер›: כדר ‹кэ-дар› — «как бы обитающий», а לעמר ‹ла-о́мер› — «для возвышения», «для господства», то есть «живущий для власти». Он символизирует господство разума над душевно-плотским началом, осуществляемое посредством воли.

Четвертый царь — תדעל ‹Тида́ль› (в синодальном переводе — Фидал), от תדע ‹теда́›, «познай», и על ‹аль›, «высота», то есть «познающий возвышенное». Этот царь — символ стремления к совершенству.

Союз этих четырех начал в человеке — разума, воли, господства над низшими началами и поиска совершенства — и дает способность «поразить рефаимов» (Быт. 14, 5).

Четверо царей победили также зузимов, эмимов и хорреев (Быт. 14, 5–6). Существует мнение, что зузимы тождественны замзумимам (Втор. 2, 20). Это имя восходит к глаголу זמם ‹зама́м› — «замышлять», «злоумышлять». Название זמזמים ‹замзуми́м›, «[повторно] замышляющие», образовано удвоением глагола «замам», что указывает на пораженность сознания, когда мысли движутся по кругу под воздействием голосов злых духов.

Название אמים ‹эми́м› (Быт. 14, 5; Втор. 2, 10–11) означает «устрашающие»: это символ запугивания человеческого сознания темными духами.

Этноним חרים ‹хори́м›, «пещерные» (Быт. 14, 6; 36, 20 и 30; Втор. 2, 12), символизирует пребывание во тьме духовной, боязнь света истины:

Ибо всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы… (Иоан. 3, 20)

Эмимов и замзумимов изгнали моавитяне и аммонитяне, которые происходят от Лота (ср. Втор. 2, 9–11 и 19–21). «Лот» означает «покрывало», нахождение «под покровом». Народы מואב ‹Моа́в› — буквально «от [или: из] отца» и עמון ‹Аммо́н› — «[относящийся к] народу» символизируют осознанную связь с предками и соотечественниками — доминанту родо-социальной вовлеченности. Если имя «Моав» можно соотнести с тотальным традиционализмом, «почвенничеством» («и отцы наши, и деды так поступали…»), то имя «Аммон» — с национализмом. Хотя расположение и симпатия только к «своим» затемняют, заслоняют заповедь о любви ко всем людям (Лот — образ «завесы», «отделенности»), все же и такой вид заботы о ближних позволяет изгнать «рефаимов», старающихся удерживать человека в полном одиночестве, чтобы «поедать его изнутри».

В то же время «сынов пещерной тьмы», хорреев, изгнали «сыны Исава» (Втор. 2, 12 и 22). Имя עשו ‹Эса́в› (Быт. 25, 25–26) означает «законченный», от глагола עשה ‹аса́› — «делать», «совершать». Стремление к «завершенности» своего внутреннего мира хотя и связано с сознательной ограниченностью, все же помогает изгнать «хорреев» — силы зла, паразитирующие на хаотичности мышления и эмоций.

Наконец, аввеи, עוים ‹ави́м›, то есть «грешные», «искаженные», были изгнаны кафторимами, то есть филистимлянами, выходцами с острова Кафтор (Крит) в Средиземном море (Втор. 2, 23; ср. Ам. 9, 7). Название כפתור ‹Кафто́р› означает «завязь», «почка». Корень «патар» (который входит в название «Кафтор») имеет значения «разорвать цепь», «развязать узел», «разъяснить». Видимо, в характере филистимлян-пеласгов было общеяфетическое стремление к экспансии (как бы взрывному «раскрытию почки»), освоению нового, технологическому развитию. Жизненная сила (символ которой — распускающаяся почка) позволяет победить «греховную искаженность», соотносимую с омертвелостью («Жало же смерти — грех…» — I Кор. 15, 56).

Перейдем к этнонимам народов Ханаана. Наиболее полный список этих народов приведен в описании завета между Господом и Авраамом:

В этот день заключил Господь завет с Аврамом, сказав: потомству твоему даю Я землю сию…

Кенеев, кенезеев, кедмонеев,

Хеттеев, ферезеев, рефаимов,

Аморреев, ханаанеев, гергесеев и иевусеев. (Быт. 15, 18–21)

Здесь перечислены десять народов. Впоследствии отношения с ними у израильтян складывались по-разному. Так, кенеи стали союзниками Израиля и в конце концов вошли в завет, признав единого Бога (см. Суд. 4, ст. 11 и 17–24; I Цар. 30, 26–29). Подобным образом, по-видимому, сложилась судьба и кенезеев (Числ. 32, 12 — неслучайно имя «Кеназ»  давалось некоторым представителям колена Иуды). Относительно будущего кедмонеев сведения отсутствуют.

В символическом плане имена трех упомянутых народов соответствуют таким качествам души, как стремление к стяжательству: קיני ‹кейни́› от קנה ‹кана́› — «приобретать»; постоянная тревога, связанная с боязнью утратить приобретенное: קנזי ‹кэнизи́› от того же «кана» и נזה ‹наза́› «тревожить», «приводить в волнение»; приверженность давно сложившимся воззрениям и устоям, связанная с противлением всему новому: קדמני ‹кадмони́› от קדם ‹када́м› — «предварять», «быть древним». Названные качества не являются неисправимыми, они могут быть преобразованы в позитивные духовные способности.

Так, приобретать можно добрые навыки, мудрость:

Приобретай мудрость, приобретай разум. (Прит. 4, 5)

Тревожиться можно о том, чтобы не утратить усвоенные духовные знания:

Только берегись и тщательно храни душу твою, чтобы тебе не забыть тех дел, которые видели глаза твои, и чтобы они не выходили из сердца твоего во все дни жизни твоей… (Втор. 4, 9)

Преданность устоявшемуся мировоззрению может поддержать верующего в час испытания:

Восхвалю имя Твое, ибо Ты совершил дивное; предопределения древние истинны, аминь. (Ис. 25, 1)

Названные три народа не были завоеваны Иисусом. Внутренние качества, им соответствующие, могут быть направлены к добру — без тяжкой борьбы между «духом и плотью» (см. Римл. 7, 23; Гал. 5, 17; Еф. 6, 12–17). Зато с остальными племенами Ханаана велись войны не на жизнь, а на смерть. Рассмотрим символическое значение их этнонимов. Прежде всего повторим, что, в отличие от «исполинов», эти народы не были каннибалами и имели возможность покаяться и присоединиться к Израилю. То же относится к «ханаанским» качествам души — в отличие от свойств «исполинов», они исправимы, хотя порой для этого требуются немалые усилия:

…Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его… (Матф. 11, 12)

Первый, самый могущественный народ, именем которого обобщенно именуются и остальные, — כנעני ‹кэнаани́›, ханаанеи, от глагола כנע ‹кана́› — «гнуть», «унижать», «покорять», «угнетать». Этноним «кэнаани» означает «низинные», «долинные» — в противоположность аморреям, обитателям возвышенностей. Духовное значение слова связано с низкопоклонством, которое характеризует рабскую психологию. «Ханаанское» начало в душе подлежит либо исправлению — признанию власти Бога и господству над низшими проявлениями своей природы, либо «изгнанию» — как и поступал с ханаанеями Иисус.

Второй народ — חתי ‹хитти́›, хеттеи. Это название созвучно глаголу חתת ‹хитэ́т› — «страшиться», а также «быть сокрушенным», «быть разбитым». В душе человеческой это соответствует состоянию страха, неуверенности. Как известно, страх изгоняется любовью:

В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх… Боящийся несовершен в любви. (I Иоан. 4, 18)

Третий народ — אמרי ‹эмори́›, аморреи, от глагола אמר ‹ама́р› — «сказать», а также «повелевать», «надмеваться», «превозноситься» (ср. с арабским «эмир» — «правитель»). Имя этого народа символизирует гордыню, проявляющуюся в надменных мыслях и речах.

Четвертый народ — פרזי ‹пэризи́›, ферезеи, от глагола פרז ‹пара́з› — «разделять», «разобщать», что связано с разладом, дисгармонией в душе. Единство восстанавливается через веру во Всевышнего, любовь к Нему и ближним. Соединяясь с Господом, человек обретает внутреннюю целостность.

Пятый народ — חיוי ‹хивви́›, евеи. Корень חוה ‹хава́› означает «кружиться» и «жить». Этноним символизирует жизнь в духовном застое, «хождение по кругу». Однообразие и зацикленность прерываются, когда человек обращается к Создателю. Как мы помним, евеи в лице жителей Гаваона избрали для себя именно такой путь, почему и не были завоеваны их города. Описанное свойство души преодолевается не изгнанием, но изменением внутреннего настроя. С «ходящим по кругу» Огом (чье имя означает «круг») пришлось вести войну, так как он ополчился против Израиля (Числ. 21, 3334). А с евеями, которые тоже «ходили по кругу», воевать не пришлось, поскольку они внутренне преобразились.

Шестой народ — יבוסי ‹йевуси́›, иевусеи, чье именование связано с глаголом בוס ‹бус› — «презирать», «топтать». Этноним указывает на тех, кому свойственно унижать, попирать других — и за счет этого «возвышаться». Такое свойство должно быть «изгнано» из внутреннего мира человека, чье сердце готовится стать обителью Бога.

Еще один народ — גרגשי ‹гиргаши́›, гергесеи. Этот этноним сопоставим с двумя глаголами: גור ‹гур›, «обитать», и רגש ‹рага́ш› — «волноваться», «гневаться», «буйствовать», что говорит о неконтролируемых страстях. Подобное состояние тоже побеждается «изгнанием» дурных свойств.

…Возвратимся к буквально-историческому смыслу повествования.

После рассказа о поражении Иисусом енакимов о последних говорится:

Не осталось ни одного из енакимов в земле сынов Израилевых, остались только в Газе, в Гефе и в Азоте. (Иис. Н. 11, 22)

От каннибальского племени «исполинов»-душителей Иисус очистил всю Святую землю, и остались они лишь в Филистее. Филистимляне, народ крито-микенской культуры, семитизированный после переселения на побережье Ханаана, не входил в число автохтонов Святой земли.

О том, что «исполины» жили среди филистимлян еще целые столетия, свидетельствует описание знаменитого Голиафа:

И выступил из стана филистимского единоборец по имени Голиаф, из Гефа; ростом он шести локтей и пяди…

‹…›

И древко копья его, как навой у ткачей; а самое копье его в шестьсот сиклей железа… (I Цар 17, 47)

Огромный рост и необычно тяжелое вооружение этого воина говорят сами за себя. Происходил он из Гефа, который значится в списке тех городов, где уцелели «исполины» (Иис. Н. 11, 22).

Еще трое рефаимов упоминаются в Первой Книге Паралипоменон (ср. также II Цар. 21, 16–22):

…Началась война с филистимлянами в Газере. Тогда Совохай хушатянин поразил Сафа, одного из потомков рефаимов. И они усмирились.

И опять была война с филистимлянами. Тогда Елханам, сын Иаира, поразил Лахмия, брата Голиафова, гефянина, у которого древко копья было, как навой у ткачей.

Было еще сражение в Гефе. Там был один рослый человек, у которого было по шести пальцев, всего двадцать четыре. И он также был из потомков рефаимов.

Он поносил Израиля, но Ионафан, сын Шимы, брата Давидова, поразил его.

Это были родившиеся от рефаимов в Гефе, и пали от руки Давида и от руки слуг его. (I Пар. 20, 4–8)

 Во Второй Книге Царств (21, 19) рефаим, убитый Елхананом, назван не «братом Голиафа», но самим Голиафом. Кроме того, здесь прибавлены сведения о некоем «Иесвии, одном из потомков рефаимов»,

…У которого копье было весом в триста сиклей меди и который опоясан был новым мечом… (II Цар. 21, 16)

Все они «поносили Израиля» (II Цар. 21, 21; Пар. 20, 7) — точно так же, как и сам Голиаф (Цар. 17, 25 и 43), то есть продолжали быть ярыми и непримиримыми противниками истинного Бога. Обращают на себя внимание их анатомические странности — не только огромный рост, но и шестипалость. Богоборство душ, воплощавшихся в поколениях рефаимов, налагало отпечаток и на их внешность…

Итак, все сражения Иисуса Навина завершились полной победой. Как бы заранее подводя им итог, Книга Иисуса говорит:

…Взял Иисус всю землю, как говорил Господь Моисею, и отдал ее Иисус в удел израильтянам, по разделению между коленами их. И успокоилась земля от войны. (Иис. Н. 11, 23)

Символика названий

Глава 12 содержит список царей, пораженных израильтянами как во дни Моисея, так и при Иисусе. Начав с описания обитавших в Заиорданье Сигона и Ога (ст. 1–6), текст переходит к перечислению властителей Ханаана, насчитывая тридцать одно имя. Таким образом, завоевания Моисея рассматриваются как прелюдия к войнам Иисуса.

Количество покоренных городов-государств соответствует числовому значению слова אל ‹Эль› — «Бог»: א ‹алеф› = 1, ל ‹ламед› = 30. Все победы Иисуса были вдохновлены Богом...

Глава 13 перечисляет области Ханаана, которые еще предстояло покорить; в ней описывается также разделение заиорданских земель между коленами Рувима, Гада и полуколеном Манассии.

Обращаясь к Иисусу,

…Господь сказал ему: ты состарился, вошел в лета преклонные, а земли́ брать в наследие остается еще очень много. (Иис. Н. 13, 1)

Выражение בא בימים ‹ба ба-йами́м›, «вошел в дни» (в синодальном переводе — «вошел в лета преклонные»), относится к тому возрасту, когда человек уже «считает не годы, а дни», и каждый из них обладает особой ценностью. «Вошедший в дни» осознает, как мало он сделал, даже если, казалось бы, преуспел в своем призвании: совершить остается еще очень много, а сроки на исходе…

И вот Всевышний перечисляет непокоренные области, которые не могут войти в наделы израильтян:

Остается сия земля: все округи Филистимские и вся земля Гессурская. (Иис. Н. 13, 2)

Владение всем Ханааном было обещано Израилю при условии полной верности завету:

Если ты будешь слушать гласа Его и исполнять все, что скажу, то врагом буду врагов твоих…

‹…›

…И в смущение приведу всякий народ, к которому ты придешь, и буду обращать к тебе тыл всех врагов твоих.

‹…›

Проведу пределы твои от моря Чермного до моря Филистимского и от пустыни до реки… (Исх. 23, 2231)

Чем ревностнее израильтяне следуют воле Божьей, тем большей частью земли обетованной они владеют. Следовательно, в эпоху Иисуса Навина народ еще не был достоин господствовать над всем Ханааном.

В приведенном отрывке упоминается «море Филистимское» —восточная часть Средиземного моря. Его побережье занимали города-государства филистимлян. Хотя этот народ не входил в число племен ханаанских, но и его территории были обещаны израильтянам как часть Святой земли. Однако они присоединились к Израильскому царству только при Давиде (II Цар. 5, 25; 8, 11–12). Что же касается «земли Гессурской» (Иис. Н. 13, 2), то это заиорданское арамейское царство оставалось самостоятельным даже во времена Давида (II Цар. 3, 2–3).

Как не вся земля Ханаанская была покорена при жизни Иисуса, так и не все качества души бывают исправлены даже у великих праведников. На какие же внутренние свойства указывают земли Филистеи и Гессура? Название פלשתים ‹пелишти́м›, «филистимляне», восходит к корню פלש ‹пала́ш›, «скитаться», или פלש ‹пала́с›, «колебаться». Душевные качества, этому соответствующие, — неутвержденность в вере, колебания, «скитания» между уверенностью и сомнением (нередкая причина подобной двойственности — приземленность сознания, приверженность к материальному). Именно такие черты (см. всю историю скитаний по пустыне) не давали Израилю овладеть Филистимской землей.

Имя же גשור ‹Гешу́р› (в синодальном переводе — «Гессур») созвучно גשר ‹ге́шер›, «мост». Эта страна как бы служила мостом между Ханааном и арамейскими землями, лежащими вокруг Дамаска. Кроме того, она сама отличалась обилием речек, ручьев и перекинутых через них мостов.

Добавим, что глагол גשר ‹гаша́р›, «связывать», указывает на связь человека с Богом и ближними, а также на объединение в нем начал духовных и вещественных. Ибо сам человек создан как «мост» между духовным и телесным мирами («Я — связь миров, повсюду сущих…» — Г. Державин).

В апокрифическом Евангелии от Фомы Иисус говорит:

Когда вы сделаете двоих одним, и когда вы сделаете внутреннюю сторону, как внешнюю сторону… тогда вы войдете [в Царствие]. (Логия 27, перевод М. К. Трофимовой)

Не осуществив это «внутреннее единение», не став «мостом» между Богом и человечеством, Израиль оказался не в силах покорить «землю Гессурскую».

Перечисление филистимских городов-государств содержится в стихе:

От Сихора, что пред Египтом, до пределов Екрона к северу, считаются Ханаанскими пять владельцев Филистимских: Газский, Азотский, Аскалонский, Гефский, Екронский и аввеи… (Иис. Н. 13, 3)

Аввеи — народ, по-видимому, принадлежавший к «исполинам»-рефаимам, не до конца вытесненный филистимлянами (см. выше) и сохранивший часть своих бывших земель. Остальные же пять городов-государств до эпохи Давида оставались непокоренными. Тут сказано, что они «считаются Ханаанскими», буквально — каждый из них «причислен» (תחשב ‹тэхаше́в›) к Ханаану. Но в каком же смысле, если филистимляне не принадлежали к ханаанским племенам?

Филистея «причислена» к Ханаану только в том смысле, что должна войти в состав Израильского царства; жители же ее, при отказе перейти в истинную веру, выселению не подлежали. Так обстояло дело вплоть до времени правления Давида, при котором многие филистимляне добровольно обратились ко Всевышнему и составили личную гвардию царя (см. II Цар. 8, 18: «хелефеи и фелефеи» — в оригинале והכרתי והפלתי ‹вэ-г̃а-крети́ вэ-г̃а-плэти́›, то есть «и критяне, и филистимляне»; ср. с текстом о происхождении филистимлян с острова Крит — Соф. 2, 5).

Какие же свойства души символизируют эти жители филистимских городов?

Название «Газа», עזה ‹аза́›, происходит от עז ‹оз› — «сила», «мощь». Духовные и физические силы человека могут быть направлены на благо или на зло. Они должны быть не «изгнаны» или «устранены» (иначе человек станет бессильным), но посвящены Богу.

Топоним אשדוד ‹Ашдо́д› (в синодальном тексте — Азот) восходит к глаголу שדד ‹шада́д› — «осилить», «одолеть». Одержать верх в душе может добро или зло. «Изгнать» же из души само стремление к победе, «одолению» нельзя, иначе человек никогда не станет тем победителем, которому обещано:

Побеждающий наследует все, и буду ему Богом, и он будет Мне сыном… (Откр. 21, 7)

Третий город — אשקלון ‹Ашкело́н› (в синодальном тексте — Аскалон). Его название восходит к корню שקל ‹шака́ль› — «взвешивать». Тщательно взвешивая все обстоятельства, человек может приходить к разным решениям, принимать сторону правды или лжи. Но само стремление взвешивать «изгнанию» никак не подлежит.

Четвертый город — גת ‹Гат› (в синодальном переводе — Геф); название переводится как «точило» — давильня, в которой выжимают виноград. Символически это указывает на способность рассуждать, извлекать суть («сок») из множества фактов («ягод»). В зависимости от качества «ягод» и «сок» может быть получен разный. Однако стремление «изгнать» из себя способность к размышлению свойственно лишь фанатикам.

Пятый город — עקרון ‹Экро́н›, от корня עקר ‹ака́р› — «искоренять». Из души можно искоренять как злые наклонности, так и (не дай Бог!) благие. Сама же возможность «искоренять» необходима для духовного развития.

Помимо незавоеванных филистимских земель, оставались еще следующие области:

К югу же вся земля Ханаанская от Меары Сидонской до Афека, до пределов Аморрейских… (Иис. Н. 13, 4)

Слово מערה ‹мэара́› переводится как «пещера» и указывает на скрытность, боязнь души, стремящейся «спрятаться» от гласа Господня (см. Быт. 3, 8) и от окружающей действительности. Ясно, что подобная «пещера» не может быть «изгнана», «удалена», напротив — душа призвана выйти из нее на свет Божий:

…Люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы…

‹…›

А поступающий по правде идет к свету… (Иоан. 3, 19–21)

«От Меары Сидонской…» — «пещера» предназначена «для сидонян» (לצידנים ‹ля-цидони́м›), то есть финикийцев из города Сидон. Название его происходит от слова ציד ‹ца́йид› — «охота», «ловля [рыбы]»: Сидон славился своим рыболовством. «Пещера для ловцов» — вот буквальный перевод топонима. «Скрывающаяся в пещере», не просвещенная светом свыше душа — по сути своей хищная, она нацелена на извлечение пользы для себя за счет других:

Они подобны льву, жаждущему добычи, подобны скимну, сидящему в местах скрытных. (Пс. 16, 12)

Избавиться от такого свойства душа может только покаявшись и вступив на путь самоотдачи и жертвенной любви.

…Земля, подлежащая покорению, простирается «до Афека». Название восходит к глаголу אפק ‹афа́к›, означающему «стремиться», «вырываться вперед», и указывает на такие душевные качества, как порывистость, горячность и нетерпение. Они исправляются посредством воспитания в себе сдержанности и духовной рассудительности.

Наконец, перечислены и следующие области Ханаана, еще не завоеванные:

…Также земля Гевла и весь Ливан к востоку солнца от Ваал-Гада… (Иис. Н. 13, 5)

«Гевла» от глагола גבל ‹гава́ль› — «отгранить» и «ставить границы», а «Ливан» — от לבן ‹лава́н›, «убелять». Душа, ограненная подобно драгоценному камню, и сердце «убеленное», то есть очищенное от зла, угодны Богу:

…Омой меня, и буду белее снега…

‹…›

Сердце чистое сотвори во мне, Боже… (Пс. 50, 9–12)

Для такого человека восходит «Солнце правды» и наступает «исцеление в лучах Его» (Мал. 4, 2), поэтому в Иис. Н. 13, 5 сказано о «востоке солнца». Здесь же упомянута местность באל גד ‹Баа́ль-Гад› — «обладатель счастья»: достигнув описанного состояния, человек обретает блаженство.

Такими топонимами, имеющими глубокий духовный смысл, завершается перечисление земель Ханаана, которые подлежат покорению…

Интересно, что Господь обещает включить в состав обетованной земли также горы Ливана и Сидонское царство, то есть часть исторической Финикии:

…И весь Ливан…

Всех горных жителей… всех сидонян Я изгоню от лица сынов Израилевых… (Иис. Н. 13, 5–6)

Но между прибрежными израильскими областями и Сидоном расположена территория финикийского Тира. О Тире же не сказано, что он войдет в состав Святой земли. Впрочем, ни Сидон, ни Ливанские горы тоже никогда не были подчинены Израилю — очевидно из-за своих грехов народ не удостоился ими овладеть…

 
 

Главная страница  |  Новости  |  Гостевая книга  |  Приобретение книг  |  Справочная информация  |