Творчество Дмитрия Щедровицкого

Книги
 
Переводы на другие языки
Cтихи и поэмы
 
Публикации
Из поэтических тетрадей
Аудио и видео
Поэтические переводы
 
Публикации
Из поэзии
Востока и Запада
 
Библейская поэзия
Древняя
и средневековая иудейская поэзия
Арабская мистическая поэзия
Караимская литургическая поэзия
Английская поэзия
Немецкая поэзия
Литовская поэзия
Аудио и видео
Теология и религиоведение
 
Книги
Статьи, выступления, комментарии
Переводы
Аудио и видео
Культурология и литературоведение
 
Статьи, исследования, комментарии
Звукозаписи
Аудио и видео
 
Теология и религиоведение
Стихи и поэмы
Культурология и литературоведение
Встречи со слушателями
Интервью
Поэтические переводы
Тематический указатель
Вопросы автору
 
Ответы на вопросы,
заданные на сайте
Ответы на вопросы,
заданные на встречах
со слушателями
Стих из недельного
раздела Торы
Об авторе
 
Творческая биография
Статья в энциклопедии «Религия»
Отклики и рецензии
Интервью
с Д. В. Щедровицким
English
Карта сайта
 
 Теология и религиоведение    Книги
Щедровицкий Д. В. Врата Царства

Царство Божье как мир духов

Перейдем к более подробному рассмотрению третьего значения, в котором употребляется выражение «Царство Божье», или «Царство Небесное».

Зададим вопрос: какими свойствами обладают духи, обитающие в вышнем мире – Царстве Божьем?

В псалмах говорится:

Благословите Господа, все Ангелы Его, крепкие силою, исполняющие слово Его, повинуясь гласу слова Его;

Благословите Господа, все воинства Его, служители Его, исполняющие волю Его… (Пс. 102, 20–21)

Из сказанного мы получаем представление о некоторых свойствах Ангелов: они благословляют Господа, то есть всегда благодарны Ему и довольны своим уделом. Они всеми силами исполняют Его волю и во всем Ему повинуются. Они – Его воины и служители, всегда готовые постоять за дело Его...

Обитать же с Ангелами в Царстве Божьем могут лишь подобные им духи, обладающие такими же свойствами, – иначе они «не устоят» в Царстве и будут изгнаны оттуда, подобно согрешившим Адаму и Еве:

Потому не устоят нечестивые на суде, и грешники – в собрании праведных. (Пс. 1, 5)

Сказано, что именно Ангелам уподобляются праведники, достигшие вечного Царства:

…Сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых... умереть уже не могут, ибо они равны Ангелам и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения. (Лук. 20, 35–36)

Обратим внимание на выражение «сподобившиеся достигнуть».

Достижение связано с усилием, поэтому Иисус ясно учит:

...Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его… (Матф. 11, 12)

«Восхищают» – это значит приобретают Царство для себя, вступают, входят в него:

...С сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него. (Лук. 16, 16)

В чем же состоит это усилие? – В содействии Духу Божьему, желающему обновить, оживить, преобразовать нашего внутреннего человека так, чтобы он получил право и возможность вступить в Царство и вечно обитать в нем – вместе с Ангелами и с другими духами, достигшими совершенства (Евр. 12, 22–23).

Из сказанного вытекает и уже упомянутый нами четвертый смысл понятия «Царство»: поскольку очищение сердца и обновление духа свершаются внутри человека, то и Царство Божье (в смысле возможности вступить в него) развивается – «растет», «зреет» – именно в нашем внутреннем мире:

Быв же спрошен фарисеями, когда придет Царствие Божие, отвечал им: не придет Царствие Божие приметным образом, и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть. (Лук. 17, 20–21)

В чем суть этого ответа Иисуса фарисеям?

Любые попытки установить на Земле подобие Царства Божьего не имеют шанса осуществиться, пока это Царство не возобладает в сердцах и умах людей – «внутри вас». Ведь Адам и Ева уже обитали с Ангелами в райском саду – и, однако же, утратили его, преступив заповедь. Мощное, основанное на Торе, царство Давида и Соломона могло распространить свое влияние на все человечество, приведя все народы к Единобожию. Однако же это царство распалось, а впоследствии и погибло. Второй Храм, восстановленный после Вавилонского плена, тоже был разрушен. А ведь в эпоху Второго Храма иудейская вера очень широко распространилась по всей ойкумене, она влияла на жизнь огромного числа эллинов и римлян. Единобожие принимали даже целые народы и страны (например, Адиабена).

В чем же духовная причина крушения и Первого, и Второго храмов? А в том, что Царство Божье не было принято огромным большинством людей внутренне, не «проросло» в их душах. Вера выражалась во внешних обрядах, ритуалах, но не преображала сердца, не наполняла их истинным милосердием, чистой любовью к Богу и к людям.

Именно за проповедь такой «внешней» веры обличал Иисус современных ему фарисеев, до мельчайших тонкостей разрабатывавших «формы» веры – и пренебрегавших ее смыслом и целью. Такую проповедь он называл «затворением Царства Божьего» для людей, то есть действием, направленным на удаление, а не приближение к Царству:

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете. (Матф. 23, 13)

Итак, Царство Божье на земле может наступить лишь тогда, когда оно «возрастет и созреет» в душах, умах, сердцах, сделав людей любящими, милосердными, готовыми все отдать не только ради ближних, но даже и дальних собратьев по человечеству:

…Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас...          

Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? (Матф. 5, 44–46)

Истина, заключенная в этих словах, все более проясняется в истории человечества. Любовь исключительно «к своим» все глубже разделяет население Земли на взаимно враждующие, несовместимые по своим корыстным интересам и безудержным материальным вожделениям сообщества: государства, нации, классы, мафии...

Именно эта непримиримая разобщенность рода людского способна полностью уничтожить человечество – и уже создала для этого все средства... И если «враги» не последуют учению и призыву Иисуса, не возлюбят взаимно друг друга и не примирятся, если окончательно и бесповоротно восторжествует одна только «любовь к своим», – катастрофы не миновать...

Недаром как самый яркий пример «любви к своим» Иисус приводит мытарей – наиболее бесцеремонно-корыстных представителей иудейского общества того времени, наживавшихся на разорении своих соплеменников.

Власть маммоны (корысти), которая в наше время достигла апогея во всемирном масштабе, предсказана Иисусом. Ведь служению Богу он однозначно противопоставил именно служение материальной корысти, а не какой-либо иной порок:

Никто не может служить двум господам... Не можете служить Богу и маммоне. (Матф. 6, 24)

Но ведь путь от полного эгоизма, выражающегося в корыстолюбии, до альтруизма (жизни ради других) – длителен и непрост. Самоотверженная любовь к людям должна дойти до совершенства – и лишь достигнув такого состояния, человек становится «пригодным для Царства Божьего», способствуя утверждению его на земле и готовясь войти в него (в мир высших, светлых духов) после оставления физического тела:

Сия есть заповедь моя, да любите друг друга, как я возлюбил вас.

Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих. (Иоан. 15, 12–13)

Именно любовью, проявляющейся в полном самопожертвовании, возлюбил Иисус не только друзей, но и врагов своих. И такую любовь завещал он своим ученикам. Такая любовь, наполняя сердце и преображая нашего внутреннего человека, как раз и открывает перед нами врата Царства Божьего:

В доме Отца моего обителей много. А если бы не так, я сказал бы вам: я иду приготовить место вам…

А куда я иду, вы знаете, и путь знаете. (Иоан. 14, 2–4)

Каков же этот путь, ведущий в «дом Отца» – в Царство Небесное?

Это – путь не только подражания Иисусу, но и теснейшего с ним единения, доходящего, в любви к Богу и людям, до прямого отождествления с Мессией:

…Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня. (Иоан. 14, 6)

Из всего содержания проповеди Иисуса на Тайной вечере следует, что он говорит о Пути Любви, приводящем к Отцу. Путь Любви, Истина Любви и Жизнь в Любви – вот сердцевина учения Иисуса. Это и есть то новое – та «новая заповедь», для возвещения которой он пришел в мир. Взаимная любовь есть также и единственно верный и несомненный признак его учеников:

Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга.

По тому узнают все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою. (Иоан. 13, 34–35)

Согласно сказанному здесь, учеников Иисуса, исповедующих истинную веру, идущих истинным путем и живущих истинной жизнью, можно узнать не по «воцерковленности», не по принадлежности к той или иной ветви Христианства, не по «сложению перстов», иконопочитанию или аскетизму, но… единственно только по их взаимной братской любви!

В 13–17 главах Евангелия Иоанна, заключающих в себе последнюю прижизненную беседу Иисуса с учениками, производные от глагола «любить» встречаются 33 раза!..

В связи со сказанным, обратимся к учению Иисуса о воскресении – «восстании из мертвых»:

…Сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых ни женятся, ни замуж не выходят,

И умереть уже не могут, ибо они равны Ангелам и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения. (Лук. 20, 35–36)

О каком воскресении тут говорится? Если о «всеобщем» – в конце дней, перед Страшным судом, – то ведь оно, согласно наиболее распространенному пониманию, произойдет по действию Божьему без какого-либо собственного усилия воскрешаемых. Ожившие, после восстановления их тел и возвращения душ в эти тела, восстанут из могил…

Тогда почему же тут сказано о «сподобившихся достигнуть… воскресения»? Какое «достижение» здесь имеется в виду?

В текстах Нового Завета слова «живой», «мертвый» и «воскресший» («оживший») далеко не всегда совпадают с понятиями о физической, биологической жизни и смерти. Например, Ангелу Сардийской церкви Иисус говорит:

Знаю твои дела; ты носишь имя, будто жив, но ты мертв. (Откр. 3, 1)

Совершенно понятно, что творящий «дела» в земном мире не мертв физически. Здесь подразумевается смерть в духовном смысле, то есть полное бесчувствие к духовному плану бытия, подобное нечувствительности физического мертвеца – к материальному миру. Точно так же, когда Иисус повелевает ученику:

…Предоставь мертвым погребать своих мертвецов. (Матф. 8, 22)

– он говорит о мертвецах не физических, но духовных.

Отец блудного сына из притчи Иисуса, вновь обретя сына, восклицает:

…Этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся! (Лук. 15, 24)

Отсюда видно, что можно быть «мертвым» не в обычном смысле, но по отношению к чему-либо конкретному (в данном случае – по отношению к общению с отцом, к жизни в единстве с ним).

Метафорика жизни, смерти и воскресения (в духовном смысле) развивается далее в Писаниях апостолов.

Так, Павел неоднократно утверждает, что «воскресение» для мира духовного сопряжено со «смертью» для зла и греха в мире земном:

…Вы со Христом умерли для стихий мира… (Кол. 2, 20)

Крещение в Посланиях Павла рассматривается как образ «смерти со Христом» для греха – и «воскресения с ним» для Бога и праведной жизни:

…Быв погребены с ним в крещении, в нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил его из мертвых… (Кол. 2, 12)

В контексте этой образной системы Нового Завета мы можем утверждать, что и слова Павла:

Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут… (I Кор. 15, 22)

– имеют, прежде всего, значение символическое. «Смерть в Адаме» – это пребывание во грехе, в отчуждении от Бога, в удалении от Его Духа и от Царства Небесного. А «оживление во Христе» – это духовное воскресение для жизни с Богом и в Боге – в Царстве Его.

К этой же теме относится учение Иисуса о том, что «воскресение мертвых» уже наступило:

Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. (Иоан. 5, 25)

Исходя из евангельского учения о жизни и воскресении, нетрудно понять, что речь идет о духовном оживлении тех, кто сердцем принимает проповедь Иисуса…

Такие представления о жизни и смерти обобщены в рассуждениях Павла о «теле душевном» и «теле духовном». Эти рассуждения очень многими понимаются в буквальном смысле; однако же суть их – в символическом, метафорическом отождествлении нашего внутреннего человека с прорастающим зерном:

Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении;

Сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе;

Сеется тело душевное, восстает тело духовное… Так и написано: первый человек Адам стал душою живущею; а последний Адам есть дух животворящий... (I Кор. 15, 42–45)

Если сказанное здесь воспринимать буквально – как учение о том, что физическое тело, будучи «посеяно» после смерти в могилу, «восстанет в нетлении» на Божий суд, – то о каком «прорастании», о каком «развитии» может идти речь по отношению к погребенным человеческим останкам? Ведь несколькими стихами ранее Павел сравнивает человеческое тело именно с прорастающим семенем, зерном:

Но скажет кто-нибудь: как воскреснут мертвые? и в каком теле придут?

Безрассудный! То, что ты сеешь, не оживет, если не умрет.

И… сеешь не тело будущее, а голое зерно…

Но Бог дает ему тело, как хочет… (I Кор. 15, 35–38)

Итак, в обоих случаях – и при посеве зерна, и при «посеве тела» – происходит рост, развитие, преображение. Понятно, что к физическому телу, покоящемуся в гробнице, это никак относиться не может.

Тогда о каком же «теле» рассуждает апостол? А он ведь сам отвечает на этот вопрос:

Сеется тело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело и духовное. (I Кор. 15, 44)

Согласно Павлу, который следует древнему Богооткровенному воззрению Торы, Пророков и Писаний, а также учению Иисуса, состав человека таков – дух, душа и тело:

…Ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие… Иисуса Христа. (I Фес. 5, 23)

Зададим вопрос: неужели апостол был уверен, что его адресаты физически доживут до Второго пришествия Мессии, о котором он говорит в приведенном стихе? Ведь он желает им, чтобы ко времени этого Пришествия «во всей целости и без порока» сохранились не только их дух и душа, но – и тело, не так ли? А если один из компонентов человеческого существа – физическое тело – до Второго пришествия подвергнется смерти, распаду, тлению, то уже никак нельзя говорить о сохранении всего человека «во всей целости, без порока». И если физическое тело при Втором пришествии воскреснет, – все равно до этого распад «целости» (уход души) и «порок» (разложение останков в могиле) обязательно постигнут человека…

Есть, однако, свидетельства того, что Павел знал: человечеству предстоит еще долго ждать Второго пришествия, и поколению апостола не суждено узреть возвращения Иисуса на Землю.

Например, Павел пишет:

…Бог… возлюбил нас…

Дабы явить в грядущих веках преизобильное богатство благодати Своей... (Еф. 2, 4–7)

«Грядущие века» – греч. «эоны» – следует здесь понимать как «эпохи»: подразумевается очень долгий период, который продлится со времен Павла до Второго пришествия Иисуса.

Конечно же, Павел помнил и обещание самого Иисуса:

…Во всех народах прежде должно быть проповедано Евангелие. (Марк. 13, 10)

Географические представления апостольской эпохи были достаточно развитыми, чтобы понимать: проповедь «во всех народах» сопряжена с дальними, в т. ч. морскими, путешествиями – и не может завершиться при жизни одного поколения. Тем более, что известно и другое пророчество Иисуса – о судьбах иудейского народа после разрушения Второго храма (который при жизни Павла еще существовал):

…И падут от острия меча, и отведутся в плен во все народы; и Иерусалим будет попираем язычниками, доколе не окончатся времена язычников. (Лук. 21, 24)

Предсказанное здесь «пленение» (галут, диаспора) иудеев и рассеяние их по всем народам – это процесс, требующий очень долгого времени!

О многих из «народов отдаленных» имелись в те времена достаточно обширные сведения, о других же (скажем, народах Америки или Австралии) сведений, по-видимому, не было вовсе; а ведь и среди них должны были, согласно пророчеству Иисуса, расселиться иудеи (ср. «И рассеет тебя Господь по всем народам, от края земли до края земли» – Втор. 28, 64).

Возвратимся теперь к нашему вопросу: при таких воззрениях на сроки Второго пришествия – как мог Павел пожелать своим адресатам (фессалоникийцам), чтобы до самого этого события «во всей целости, без порока» сохранились не только их дух и душа, но и физическое тело? А ведь он хорошо знал, что его Послание будет читаться не только в Фессалониках, но и по всем церквам – общинам ойкумены. И будучи провидцем, мог предполагать, что изучать и толковать это Послание будут по всему миру, в течение целых столетий!..

Что же, в таком случае, понимать под «телом» в разбираемом стихе (1 Фес. 5, 23)? Разгадка в том, что в выражении «дух, душа и тело» описывается состав только внутреннего человека, а никак не внешнего. Последний (то есть физический, биологический организм) – это те самые «кожаные одежды» (Быт. 3, 21), которые обрел Адам после своего грехопадения, для обитания в земном мире:

Не Ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня,

Кожею и плотью одел меня, костями и жилами скрепил меня… (Иов. 10, 10–11)

В процитированном стихе из Иова четырежды сказано, что Бог «вылил, сгустил, одел и скрепил» – «меня», то есть облек в физическое тело – уже прежде существовавший дух человека.

Итак, «тело» в словосочетании «дух, душа и тело» подразумевается не физическое: имеется в виду одна из трех частей, составляющих внутреннего, бессмертного человека. В древнееврейском оригинале Библии они именуются так: нешама́ – «дыхание [Божье]», высшая часть духа; ру́ах – «дух»; не́феш – «душа», оживляющая физическое тело («животная душа»). Именно эту последнюю часть души внутреннего человека апостол и называет со́ма (греч. «тело»), подразумевая «тело душевное» (1 Кор. 15, 44) – то, в котором человек, по окончании земной жизни, может обитать в мире душ. В то же время, в «теле духовном» (там же, ст. 44) он способен жить в мире чистых духов – «духов праведников, достигших совершенства» (Евр. 12, 33).

Эти два тела – «духовное» и «душевное» – упоминаются и в Послании к Евреям:

...Слово Божие... проникает до разделения души и духа... (Евр. 4, 12)

Итак, Писание учит нас отличать дух от души.

А благодаря этому проясняется и смысл рассуждения Павла о «теле посеянном» и «теле восстающем [то есть возрастающем]»:

…Сеется тело душевное, восстает тело духовное. (I Кор. 15, 44)

Здесь речь идет не о «сеянии» мертвого физического тела в могилу, где оно никак не может «возрастать и зреть, подобно семени-зерну» (ср. там же, ст. 36–38). Напротив – описывается «сеяние» падшей, грешной души – «тела душевного» (ср. с 1 Кор. 2, 14–15 и 3, 1) – в земную жизнь (то есть ее воплощение). В период «возрастания и созревания» – совершенствования в вере, познании и любви в течение земной жизни – душа «восходит», достигая уровня чистого духа, подобно тому, как зерно развивается в колос. Первый, «подземный» (как у зерна) период этого «возрастания» уподоблен смерти и распаду:

…То, что ты сеешь, не оживет, если не умрет. (I Кор. 15, 36)

Второй период – после духовного воскресения («колос появляется из земли») – проходит «во Свете»:

Я, Свет, пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме. (Иоан. 12, 46)

В этом суть евангельского учения о духовном воскресении. Сказанное поможет нам лучше понимать смысл учения Иисуса о Царстве Божьем.

 
 

Главная страница  |  Новости  |  Гостевая книга  |  Приобретение книг  |  Справочная информация  |